Клад последних Романовых

И стоило такую муру заклеивать в конверт и прятать в книге?

Полина не была большой любительницей поэзии Теннисона да и Бодлера когда-то читала, но желания перечитать их вновь у нее не возникло. Лучше уж она почитает записки «искушенной» блондинки. Она засунула записку между страниц и, открыв книгу наугад, погрузилась в чтение.

«…выпарить кошачью мочу, — советовала книга, Полина усмехнулась, — добавить настойку чистотела, свежих сливок, мед, соловьиный помет, — еще лучше, — лунной росы, все перетереть и нанести сие снадобье на лицо.

«Сомневаюсь», — подумала Полина. Настроение ее улучшилось. Она прочла еще парочку столь же экзотических рецептов, пока они ей не наскучили, затем перелистала еще несколько страниц, пока не дошла до советов по обольщению любовника на первом свидании. Тут Полине пришлось зардеться после первых же строчек.

«…облачение выбери легкое, как дымка тумана поутру, но не показывай ему своих прелестей, тонкие изгибы и округлости твои должны манить, зажигать, а не кормить досыта, разожги воображение, действительность скучна, мечты вдохновляют.

Ничего слишком уж откровенного в книге не было, да и картинка, на которой облаченная в легкую алую кисею блондинка прижималась к статному любовнику, тоже была весьма скромна.

— Тьфу, какая гадость! — отбросив в сторону книгу, воскликнула Полина, устыдившись самой себя. — Веду себя как пятнадцатилетняя дурочка.

Она вскочила с кровати, встряхнулась и отправилась на кухню мыть посуду. А в голове ее все вертелись картинки того, что вытворяет сейчас со своим любовником «искушенная блондинка». Да ничего она не вытворяет, одернула себя Полина. Она давно уже умерла. Разложилась в своей могиле, и даже прах ее истлел!

— Полина! Как хорошо, что вы пришли! — кинулась ей навстречу Антонина Ивановна. — Нас обокрали! Я уже полицию вызвала. И Инны Яковлевны как назло нет.