Китайская головоломка

Чиун шел в темноте, как воплощенное молчание, а Римо следовал за ним так, как его учили, – шаг вправо, шаг влево, строго следуя ритму движений старика, который шел впереди."

"Чиун остановился, и Римо тоже. Быстрым, как молния, движением руки Чиун пронзил дверь, и она распахнулась. Римо на мгновение зажмурился – внутри горел яркий свет. На кровати мерно вздымалась сильная мускулистая желтая спина. Две юные ноги обвились вокруг талии. Черные волосы были посеребрены сединой. Римо увидел подошвы ног Мэй Сун.

– Быстрее, Чиун, – сказал он.

Мужчина обернулся, ошеломленный вторжением. Это был генерал Лю.

– О, привет, – сказал Римо.

– Никакого стыда, – заявил Чиун. – Одевайтесь.

Генерал Лю сделал резкий выпад рукой и схватил со стула автоматический пистолет 45-го калибра. Римо в мгновение ока подскочил к стулу, взял генерала Лю за запястье и одновременно поддержал его, чтобы не упал.

– Мы – друзья, – сказал он. – А эта женщина вас предала. Она в сговоре с теми, кто похитил вас и держал взаперти.

Мэй Сун приподнялась на локтях, на лице ее было написано удивление, тотчас сменившееся выражением ужаса.

– Неправда! – завизжала она.

Римо посмотрел на нее и не отреагировал автоматически на движение пистолета, поскольку оно предназначалось не ему. Потом он услышал треск и увидел, как полчерепа слетело с ее головы и разбилось вдребезги о каменную стену, разбрызгивая кровь и что-то серое, а мозг ее лежал в другой половине черепа как яйцо всмятку, поданное к столу.

Он выхватил пистолет из руки генерала Лю.

– Она предала меня, – дрожа, проговорил генерал Лю. Потом упал на пол и зарыдал.

И только значительно позднее, когда Римо шел по пекинской улице, он понял, что слезы генерала на самом деле были просто разрядкой и вызваны чувством облегчения, и что он, Римо, оказался очень плохим сыщиком. Он смотрел на генерала Лю – тот упал на колени, закрыл лицо руками и зарыдал, сотрясаясь всем телом.

– Бедняга, – прошептал Римо Чиуну на ухо.

Чиун ответил фразой, в которую вложил особый смысл:

– Гонза шмук.

– Что? – переспросил Римо, не расслышав.

– По-английски это значит – очень и очень шмук.

– Бедняга, – повторил Римо.

– Шмук, – повторил Чиун.

Глава двадцать четвертая

У президента немного отлегло от сердца, когда он посмотрел выпуск новостей. Его ближайший советник тоже смотрел новости, наматывая на указательный палец светлую вьющуюся прядь своих волос.