Кисса (СИ)

Бармен кинул испуганный взгляд на замершего рядом охранника и, видимо, получив некое подтверждение прав Ники на виски, выдал оборотню запотевшую бутылку и с облегчением вздохнул, когда тот убрал ствол за пояс брюк и удалился, уводя девушку за собой. Терпение и щедрость Ракуты просто не имели границ.

Когда они поднялись в свою комнату, то обнаружили, что Дуки уже мирно спит, завалившись на нерасстеленную кровать прямо в одежде и сладко похрапывая. Рисса сразу направилась в ванную, откуда вскоре послышались сдавленные звуки рвоты.

Слишком много алкоголя для одной девчонки.

Ника ногой спихнул спящего Дуки с кровати, и тот с глухим стуком свалился на пол, непонимающе моргая и пытаясь понять причину своего такого резкого пробуждения. Причина же, радостно скалясь, трясла бутылкой «Лагавулина» перед его носом и неприятно тыкала в многострадальные ребра твердым носком туфли. Волк с трудом сел, но сразу же протянул руку к желанному напитку. Пока Ника стаскивал с себя футболку и располагался на полу рядом с ним, из ванной выглянула Рисса и, запинаясь, попросила у Дуки футболку.

Вервольф, радостно подпрыгнув, кинулся искать в покупках оную, но, не догадавшись включить свет и не найдя Риссиной одежды, великодушно снял с себя борцовку и отнес ее девушке. Ника изо всех сил старался игнорировать такое невнимание к себе, успокаивая себя тем, что девчонка совсем не обратила внимания на полуголого волка, а спокойно взяла майку и снова скрылась в ванной. Когда она, наконец, вышла и молча легла в самом дальнем углу кровати, оборотень отобрал у вервольфа бутылку и сделал большой глоток, чуть не поперхнувшись. Дуки мудро молчал, но они оба знали, что запах расскажет больше чем слова."

"Рисса проснулась спустя пару часов, когда восходящее солнце проникло через неплотно закрытые портьеры, а мужской разговор принял немного истеричный тон.

- Я плакал, Дуки. Ты понимаешь, я плакал… - Сев в кровати, девушка увидела, как Ника обнимает волка за плечи, держа полупустую бутылку виски в другой руке.

- Волк, бл*дь, если ты еще раз сдохнешь, я тебя сам лично прибью. Ты понял? Ты понял!?

Вервольф только пьяно кивнул и затушил дымящуюся сигарету о ковер, оставив на нем черное оплавившееся пятно. Не желая бороться с головной болью и головокружением, Рисса легла обратно и, закутавшись в простынь, уснула, стараясь не обращать внимание на мерный рокот мужских голосов.

24 глава

В розово-желтом свете лампы укусы на шее казались еще ужасней.