Хвост для счастья не помеха

Мы не пировали, но и голодными никогда не оставались. Если шэсы узнавали, что храм на территории поселения ещё действует, то приводили ко мне одного из служителей, чтобы поставить метку.

Все было просто и… одинаково.

До тех пор, пока одна шустрая лисица не подкатила носом к моим ногам бутылку с чем-то мутным. Потом сбежала, но только за тем, чтобы вернутся с какими-то тряпками в пасти. Я и глазом моргнуть не успела, когда на месте лисицы появилась совершенно обнаженная Маринка. Так и сидела с открытым ртом, пока подруга одевалась.

— Выпьем, — предложила она, протягивая ошеломлённой мне открытую бутылку.

Глотнула и резко закашлялась, из-за охватившего рот и горло пожара.

— Мне сказали, что это самое крепкое пойло, которое есть в этой деревне. Я так поняла, что это штука типо нашего самогона, смешенного с вином.

Часто задышала открытым ртом, а после сипло выдохнула:

— А чем закусывать тебе не сказали?

— Неа. В нынешней ситуации обойдёмся и так. Не будем портить крепкий алкоголь закусками, — и тоже приложилась к бутылке.

— Ты давно оборачиваешься? — осторожно поинтересовалась, принимая назад тару.

Я не любила алкоголь, ограничиваясь одним бокалом вина на праздники, но иногда могла позволить себе вот так напиться, сидя на кухне с Маринкой и запивая жизненную неудачу. Случалось нечасто и я не видела в этом ничего плохого. Да и мужчины мои, кажется, не были против.

— Ещё до отбытия из столицы получилось. Увидела, как мальчишка оборачивается и тоже попробовала, когда никто не видел.

— И не призналась, — резюмировала я.

— Стыдно было, — честно созналась подруга. — Знаешь, я же даже не понимала, что хорошо, а что плохо. Желание остаться с тобой было настолько огромным и больным, что затмевало все.

Маринка замолчала, а я не знала, как на это реагировать, разве что сказать правду.

— Я не злюсь, Марин. Уже не злюсь. Мы обе с тобой попали и если кто и виноват, то я. Не смогла понять, что с тобой происходит неладное, из-за контакта со мной. То есть не со мной, а духом, но в общем… Я должна была заметить, но была слишком погружена в свои мысли.