Хвостатым здесь не место!

Было приятно провести время, заботясь о своей крошке. Она немного капризничала, поджимала ножки — кажется, от той смеси, что ей дали, у нее болел животик. Это беспокоило, но, приняв ванну и покушав, она наконец уснула.

Я завернула ее в одно из больших полотенец и оставила на кровати, обложив подушками и скрутив вокруг нее одеяло. Пока она не умела ни переворачиваться, ни ползать, этого вполне достаточно, хотя оставлять ее одну все равно было страшновато.

Посматривая за спящей дочерью, разобрала принесенный Фиником пакет.

Тут действительно было много всего. И вряд ли у меня в ближайшее время появится возможность нормально постирать. Так что, оторвав бирки, решила воспользоваться предложенной прачечной.

Когда вернулась обратно, загрузив белье, меня ждал еще один сюрприз. Посередине комнаты стояла небольшая детская люлька на колесиках со встроенной каруселькой над ней. Светло-серого цвета, с оборочками по кругу. До чего прелестная вещица! Не зная, как реагировать на подобный подарок, залезла в телефон и попыталась найти стоимость.

А найдя, окончательно перестала что-либо понимать. Точно такая же, как стояла сейчас передо мной, стоила больше двадцати тысяч. Притом, что полно было более дешёвых моделей. Ну вот зачем было так тратиться?

Вообще, слишком поразительное радушие хозяина дома меня напрягало. Бесплатный сыр только в мышеловке, а то, что этот дом — одна большая мышеловка — я убедилась, когда пришла сюда в первый раз под гипнозом.

Грядущий разговор начинал нервировать все больше и больше.

Из-за отсутствия пеленок положила на дно люльки чистое полотенце и переложила туда доченьку. Не то чтобы хотелось принимать такой дорогой подарок, но так её будет безопаснее оставить одну в комнате.

Малышка начала ворочаться, но снова уснула.

Что ж, теперь можно и поговорить.

Спускалась я из комнаты осторожно, буквально крадясь на цыпочках. Мне все время казалось, что вот-вот услышу голос Алечки, и без конца прислушивалась, не проснулась ли она, не плачет ли.

Но, спустившись на первый этаж, вместо голоса дочери услышала разговор Ирен и Финика, доносившийся из кухни:

— …со всем этим делать? — спросила красотка.

— Ирен, я тебя, конечно, очень ценю, но ты забываешься.

Судя по голосу, большой босс злился.

— Я все еще не понимаю, почему она? Могли бы найти другую. Более благодарную и задающую меньше вопросов. Вы серьёзно собираетесь ей рассказать, кто вы? — не сдавалась Ирен, а мне от ее возмущенного голоса захотелось что-нибудь сломать.