Хвостатым здесь не место!

Когда это опасность успела отойти на второй план? Когда вдруг его руки, прижимавшие меня к себе, стали так важны? И почему я до сих пор не спешила разорвать контакт, позволяя и эти объятия, и легкие поглаживания?

— Ммм… я могу тебя кое о чем попросить? — пришлось кашлянуть, потому что голос осип.

— Скажи, чего ты хочешь, и я постараюсь это исполнить, — в голосе черта скользнули искушающие нотки. Говорил он явно не о делах, чуть выделив интонацией это «хочешь».

Во рту моментально пересохло, и я даже не сразу вспомнила, о чем только что хотела попросить.

— Эм… мне звонила начальница с работы. Я еще неделю назад должна была доделать кое-что и привезти ей. Мне очень нужна эта работа, сам понимаешь.

— Не очень понимаю, если честно, — скривился мужчина, явно ожидая чего-то другого. — Ты ведь сейчас ни в чем не нуждаешься.

— Андрей, — я укоризненно посмотрела на него, с трудом, но все же найдя в себе силы мягко отстраниться. — Мы ведь друг другу, по сути, никто. Ты не обязан меня содержать.

— Обязан, если считаю тебя своей женщиной, — хмыкнул он, снова делая шаг в мою сторону и буквально гипнотизируя враз пожелтевшими зрачками.

— Но… — я судорожно выдохнула, всем телом, каждой клеточкой ощущая его близость, — я не твоя женщина.

— Но ничто не помешает мне думать обратное, — он откровенно ухмылялся, и я даже не нашлась, как возразить ему.

— В любом случае, — снова пришлось кашлянуть, с трудом возвращая себе остатки самообладания, — ты поможешь мне с работой? Я сейчас доделаю заказ, и нужно будет отвезти его и уладить проблему.

На самом деле, никаких «но» не было. Это была самая настоящая трусость. Хотелось избежать скандала, сохранить работу и при этом даже не смотреть в лицо Анне Евгеньевне, которую я подвела и которая, безусловно, сейчас имеет кучу проблем и выслушивает множество претензий от заказчика.

— Хорошо, — просто сказал Финик, но, по чуть дрогнувшим уголкам его губ, я почувствовала неладное.

— Ты сделаешь это? — на всякий случай, переспросила.

— Если ты так хочешь работать, что я могу поделать? — вид его при этом был абсолютно невинным. — Но я бы, конечно, предпочел, чтобы ты была моей кухаркой — как видишь, сам я на кулинарные шедевры не способен.

Он махнул рукой в сторону стола с недоеденным обедом, и от вида еды у меня снова заурчало в животе. Я скользнула мимо него к столу и снова взялась за вилку.