След пираньи

Звали в охрану к одному баю, который в Чуйской долине ударными темпами поднимает сельское хозяйство…

– Конопельку сеет? – усмехнулся Мазур.

– Ее, родимую… Эти золотых гор не обещали, но в качестве аванса предлагали пачку денег толщиной с верблюжье копыто. Ну, отказался. Не хотелось как-то в «черные жигиты». И компания не та, и Советский Союз, прежде чем развалиться, напихал в голову всяких глупостей, из-за которых теперь болтаешься между небом и землей и не можешь через некий порожек переступить…

– Короче, – дружелюбно посоветовал Мазур.

"

"– Короче, прибился к челнокам. У нас в Киргизии теперь есть огромный перевалочный пункт – из Пакистана, из Турции, из Индии везут оптом барахло, а наши набивают сумки и разъезжаются по всей Сибири… Киргиз – человек скотоводческий и торговлей вразнос раньше как-то не занимался, но нужда и не такому обучит. Благо занятие нехитрое. Муж сестры с братом возили вещи в Шантарск, я к ним, можно сказать, нанялся. На роль грузчика и телохранителя.

С рэкетом отношения налаженные, но сейчас ведь развелось неисчислимое множество беспределыциков, которым даже неписаные законы не писаны…

– Ну и как, прибыль есть? – не без любопытства спросил Мазур, уже встречавшийся с «челноками» на знаменитой шантарской барахолке по прозвищу Поле чудес.

– По сравнению с тем, что творится в Киргизии, – жить можно. Муж сестры даже «Жигули» купил – подержанные, но ездить могут. В общем, я сюда ездил полгода. А с месяц назад попался без документов этим… Я же думал сначала, это настоящая милиция, а ведь мог бы расшвырять и сделать ноги.

Потом, конечно, дошло. Когда засунули в этот «КАМАЗ», якобы рефрижератор, в компании с дюжиной китайцев, и поперли на севера…

– Короче.

– Километрах в двухстах, примерно вон там, – он показал в тайгу, – у какой-то речки стоит зона. На вид самая настоящая, все, как полагается. Колючка, бараки, вышки, собаки, автоматчики… Но это частная зона, понимаете? Там человек триста. В основном нелегальные китайцы, которых искать не будет ни одна собака.

И немного таких, как я. Меня-то прихватили по ошибке, приняли за китайца, но они и русских бичей отлавливают по всей губернии. А потому тамошняя каторга – бессрочная. С выходом через трубу – я в прямом смысле, есть там котельная, где сжигают мертвых. А иногда и живых, случается… Нам все быстренько объяснили, чтобы не питали никаких иллюзий и не вздумали играть в борцов за права человека.