След пираньи

Он подошел к речушке, взял у оператора черный пластиковый шар размером с апельсин, ногтем передвинул крохотный выключатель и, опустив поплавок к самой воде, разжал ладони. Шар, казалось, топориком пошел ко дну – но на самом деле он лишь погрузился на точно рассчитанную глубину, и течение моментально потащило его прочь, к «Заимке». Оператор с сосредоточенным видом прижал обеими ладонями наушники.

Мазур наблюдал через его плечо, как меняются в окошечке небольшого прибора маленькие зеленые цифирки: 1… 9… 10… Течение было медленное, и шарик удалялся от них довольно неспешно.

Вот он уже в пятнадцати метрах, в девятнадцати… Зеленые цифирки уже сложились в трехзначное число – но все равно, в пределы «Заимки» поплавок пока что не проник, расстояние до забора выверено лазерным дальномером до сантиметра…

Оператор обратился в статую. Цифирки менялись. 321… 322… 323… Все! Он уже плывет через «Заимку», скоро должен оказаться под ближайшим деревянным мостиком, бревенчатым, горбатым. Оператор совершенно спокоен, не шевельнулся.

Нет больше нужды производить в уме вычисления, прикидывать расстояние на глазок. Главное и так ясно: никакой решетки или иной преграды нет, поплавок прошел беспрепятственно. И дальнейшая его судьба уже никого не интересует, пусть себе плывет до Шантары, а там, если повезет, – в Северный Ледовитый океан…

– Ну? – нетерпеливо спросил Мазур.

– Ничего нового. Придется подождать. Если там есть какой-то сюрприз, непременно всполошатся…

Ждать в таких условиях – хуже некуда. Секундная стрелка перемещается так медленно, что поневоле тянет подтолкнуть ее мизинцем, в кончиках пальцев возникает противный зуд, здесь бессильны выучка и опыт… Они старательно выждали четверть часа, но сказочный городок оставался погруженным в сон, ни одно окно не зажглось, ни малейшего шевеления меж теремами.

Пора начинать, благословясь…

Мазур с надеждой взглянул на небо. Слева, над самым горизонтом, виднелся серовато-белый клочок облака, но обещанное военными синоптиками непогодье, как частенько с такими предсказаниями и бывает, запаздывало.

Среди россыпи звезд ярко, самодовольно сияла луна, волчье солнышко. Вздохнув про себя, Мазур распорядился:

– Начали…

На сей раз Джен предстояло оставаться под серьезным эскортом – три прикрывающих лба плюс ручной пулемет. Мало ли какие неожиданности случаются, из пессимизма следует ожидать самой коварной засады. Он в который уж раз вспомнил вымученную усмешку Глаголева, когда речь зашла о взаимных внедренках.