Хранительница его сокровищ

Посчитать, помыть-почистить от пыли и грязи, положить топоописи.

— Что положить? — Лизавета подумала, что он сейчас грохнется в обморок.

— Ну, чтоб в каждом сундуке лежал список того, что в нём хранится. И отмечать, например — взяли два канделябра, во дворец, в такие-то покои, потому что там темно, магического света нет, а простые подсвечники — не по чину, — Лизавете было весело, и ей очень хотелось заразить этим весельем несчастного хранителя.

Потому что как ещё можно пережить нехреновый объём предстоящей работы? Только весело.

— Да я до конца жизни вам тут всё не посчитаю, простите, ваша милость, это невозможно, — мотал головой несчастный Дионисио.

— Господин Дионисио, никто и не думает, что вы будете делать это в одиночку, — сообщила Лизавета.

— Госпожа Элизабетта прямо рвётся начать, — подмигнул ей Фалько. — Лиза, сколько человек тебе для этого надо?

— Ну… десять, пока, — она восторженно на него смотрела.

Что, вот прямо даст людей? И можно уже прямо сейчас начинать тут ковыряться?"

"— Хорошо, десять.

Итак, господин Дионисио, чтобы не добивать вас ответственностью, хранителем сокровищ вместо вашего отца назначается госпожа Элизабетта. Назначение проведём через Совет Десяти завтра. Сейчас она рассказывает нам подробно, что именно будут делать названные ею десять человек, и мы вместе подумаем, кто бы это мог быть. Вы остаётесь её помощником, но если не сработаетесь — мне придётся найти кого-нибудь другого на это место. У меня пока нет причин сомневаться в вашей честности, но мне хочется больше ясности. Вот в этой чудесной книге, — Фалько показал на список содержимого местных фондов, — я не понимаю ничего, уж простите. И если вы не можете мне сейчас сказать, сколько ценностей в вашем ведении и на какую сумму, то — вам придётся это узнать. И сообщить мне. А раз госпожа Элизабетта знает, что делать с сокровищами, то ей и карты в руки. Госпожа моя, мы вас слушаем.

— Начать с кучи на полу. Извините, это непорядок, когда на полу — куча, хоть бы и золота.

Разобрать, посчитать, записать. То есть — выяснить общее количество монет и попытаться как-то их классифицировать — по стране, по номиналу, по времени изготовления.

— Звучит разумно, — кивнул Фалько. — Хотя… перебрать это всё?

— Глазки боятся, а ручки делают, — назидательно произнесла Лизавета. — И это, тут грязища. Здесь, простите, сейчас не сокровищница, а склад, — чтобы не сказать хламовник.