Хранительница его сокровищ

Кофе будете? То есть арро, — поинтересовалась она у гостя.

Если его пустили, значит, угрозы кому-то из них или планам Фалько он не представляет."

"— Благодарю вас, не откажусь, — старый дед сел и милостиво улыбнулся.

— Меня зовут Лизавета, — приступила она к вежливому разговору.

— Госпожа Элизабетта, это господин Карло Рецци, первый придворный маг! — громко прошептала Тилечка.

— Спасибо, дитя, — кивнул дед. — Рад познакомиться с вами, госпожа, — а это уже Лизавете. — Сегодня вы выглядите значительно лучше, чем несколько дней назад на руках у Фалько.

— Благодарю, — кивнула Лизавета. — Вам со сливками? Или с сахаром? Или с тем и с другим?

- И со сливками, и с сахаром, — кивнул дед, он же первый придворный маг. — Госпожа, я вижу, что вы — маг жизни. Как так получилось, что у вас остался только этот дар?

— В смысле — остался? От чего остался? — не поняла Лизавета.

— Магия жизни никогда не бывает единственным даром, даже основным — очень редко. Но в вас я не чувствую никакой иной силы. Вы такая родились или же утратили другие части дара в процессе жизни?

— Вы, наверное, просто не знаете, но я чужеземка, и там, откуда я родом, нет никакой магии, — блин блинский, это же теперь придётся всем на стопятьсот раз объяснять!

Хоть объявление пиши: «Лизавета, 45 лет, приблудная чужеземка, маг жизни, почему так — НЕ ЗНАЮ».

— Но постойте, вы хотите сказать, что ощутили себя магом недавно? Очевидно, сила спала в вас, и никак не проявлялась?

— Именно так, — кивнула Лизавета преувеличенно вежливо. — И я ничего не ощущала, мне об этом сказали.

Целитель Вителлио всё понял и тихонько смеялся, прячась за чашкой.

— Изумительно. Я хочу послушать историю о том, где Фалько вас отыскал, — дед мешал сахар ложечкой и не сводил с Лизаветы глаз.

— В Обители Сияния, — фыркнула Лизавета. — Но эту историю лучше рассказывать ему, и не только из-за меня, — как там бедняга Астальдо поживает?

Эх, была бы она нормальным магом, связалась бы и узнала.

— Хорошо, так и поступим, — не стал настаивать маг.

— Полторы декады. Я почти ничего о нём не знаю и ничего не умею, — надо сразу же расставить всё по местам.

— Неумелый маг жизни, — вздохнул дед. — Скажите, госпожа, а вы как-нибудь ощущаете излишек вашей силы?

— Никак, — помотала она головой и потянулась налить ещё кофе, но брат Василио с ворчанием забрал чашку и налил ей сам, и ещё положил новое пирожное на блюдце, добрый человек.