Хранительница его сокровищ

А брат Василио слушал-слушал их всех, потом пробурчал, что дураки они, раз так построили всё, что сами спасти не смогли. И простой пожар произвёл такие разрушения. Сказав это, он допил вино и отправился в шатёр.

— Госпожа Элизабетта, вы ведь расскажете нам что-нибудь ещё? — спросил Лис.

Приятно, черт возьми. Или не чёрт, а Великая Тьма, так они здесь говорят.

— Могу, но наверное, уже завтра? Скажите, у вас рассказывают истории об эльфах, гномах, драконах?

— Ещё как рассказывают, — кивнул Сокол. — А вы знаете такие?

— Да, знаю.

— Это же замечательно, — обрадовался он. — В юности я был уверен, что можно доплыть до тех земель, где живут эти самые эльфы с гномами. И драконы, ясное дело.

— И как? — с живейшим интересом спросила Лизавета.

А вдруг у них тут ещё и драконы водятся?

— Увы. В смысле — нигде, куда ступала моя нога, драконов я не встретил. Но я не утверждаю, что побывал везде, где только можно. А историю про драконов послушаю обязательно. Вы замечательно рассказываете.

— Спасибо, — кивнула она.

 — Завтра займёмся.

И три следующих дня Лизавета рассказывала историю о том, как один маг, тринадцать гномов и один хоббит ходили к Одинокой Горе, добывать у дракона гномьи сокровища.

На четвёртый день она задумалась — рассказывать ли другие истории того мира, так-то их там было предостаточно, но в обед пошёл дождь. Мелкий и противный. Маги тут же принялись спасать багаж от сырости методом наложения специальных заклятий, гордая Тилечка отлично справилась и с мешками Лизаветы, и с собственным, и ещё с их плащами.

Поэтому к вечеру, когда отряд добрался до деревни, с влажностью вещей и путников всё было хорошо, то есть — почти все вещи и люди остались сухими.

Эта деревня была побольше той, в которой останавливались несколько дней назад. И гостиницы там было целых две, одна попроще, её оставили за спиной, и одна понавороченее, судя по вывеске и фонарю над входом. Их встретили, как дорогих гостей, выделили несколько комнат и обещали натаскать воды — помыться.

Горячая ванна после сырого дня показалась благословением судьбы.

Лизавета подумала — как мало ей уже надо для счастья! Всего-то не натереть себе за день ничего, помыться, поесть горячего и поспать на перине — да-да, у них с Тилечкой на кроватях были перины! — и уже хорошо. Не нужно думать о сотне дел разом, ты здесь и сейчас, и это всё. Она даже о сокровище думать перестала. В конце концов, все порядочные герои просто шли, куда должны были, и всё. И ориентировались по обстоятельствам.