Хранящая сердце

В комнату ворвался голос Марты:

— Скажи мне, почему я не могу вышвырнуть его отсюда куда-нибудь в компанию диких фембаев?

Шанель не возражала, чтобы Фалон ушел, но не хотела, чтобы он ушел из жизни вообще. Мысль об этом ее потрясла.

— Потому что… потому что… потому что потому! — было все, что она смогла на это ответить.

— Нельзя ли услышать от тебя что-либо более вразумительное? — сухо спросила Марта.

— Не можешь ли ты просто забыть об этом? Фалон сейчас уйдет…

— Ты чертовски верно сказала. Именно сейчас, и прямо сейчас.

— Нет! — крикнула Шанель, со страхом озираясь вокруг. Но транспортировка происходила мгновенно. Фалона здесь уже не было. — Куда ты его отправила, Марта?

— Успокойся, детка, — сказала Марта своим обычным голосом. — Он вновь в своей комнате, где мне и надо было держать его, чтобы не нарушать твой сон. Надеюсь, он не подумает, что я не сдержала свое обещание?

Шанель с бешенством поглядела на консоль. Только что пережитый страх перешел в гнев.

— Ты не должна была играть в игру «Я непреклоннее всех»! Ты вполне могла оставить его в покое.

Если бы Марта могла равнодушно пожать плечами, она бы это сделала.

— Я просто выполняла свои обязанности. С Мок II было бесполезно спорить, и Шанель направила свой гнев в другую сторону.

— А ты почему все время просидел без дела, Корт? Разве я не требовала, чтобы он ушел? Разве ты не мог сделать хотя бы попытку помочь ему уйти?

— Ты сказала это в гневе, а когда злость прошла, ты больше не говорила, чтобы он ушел.

— С каких это пор ты стал обдумывать ситуацию, прежде чем действовать? — уже спокойнее проворчала Шанель.

— Марта объяснила мне, что, когда у женщины все обрывается внутри, «нет» не всегда означает «нет». В ее истинных чувствах часто очень сложно разобраться.

— Марта!

— Ну да, он ведь задавал так много вопросов, а что я должна была ему отвечать? Что ты терпеть не можешь этого парня, в то время как каждый раз прямо-таки трепещешь от одного его вида? Кроме того, на самом деле ты не хочешь, чтобы Корт с ним связывался.

Шанель была вне себя от этого великолепного подтверждения безумия Марты.

— Я собираюсь в постель.