Хозяин волчьей стаи

Пусть по расчёту… или как там у вас называется… по договору… но я личность, а не просто удобная подстилка для продолжения рода.

— Может, ты надеешься найти истинную пару? — обманчиво — мягко поинтересовался Баев. Я пожала плечами, всё ещё всхлипывая.

— Я человек. Мы по-другому ищем своего суженного.

— Глупая девчонка… — фыркнул Оборотень. А затем добавил словно для себя. — Но способная… какая связь… надо же… — Затем спросил уже громко. — Хорошо, ну а секс? Тебе же хочется … и приятно… Почему ты отказываешься?

— Хочу свой первый раз с тем, кого сама выберу, а не с тем, кого навязывают.

Черные инопланетные зрачки моментально расширились. Баев трансформировался ещё больше, теперь уже белые длинные клыки торчали вместо обычных человеческих резцов.

— Моя…моя…моя, — бесновался черный волк.

— Нет, — покачала я головой. — Не заставишь.

— Она меня слышит, — догадался оборотень.

— Ты можешь взять моё тело, можешь принудить и надругаться… но не душу. Убегу. Спрячусь.

Мы не отрываясь смотрели друг другу в глаза.

Я открыла глаза. Пустая комната, кровать. Я.

Баева в комнате не было.

Глава 12

Я проснулась в абсолютно пустом доме. Дом, который больше походил на огромный выросший в лесу дворец, словно вымер… Ни одного человека — ну или пусть оборотня- в округ. Словно в старом мультфильме про дочку купца и её Аленький цветочек. Помнится, героиня этой сказки тоже ходила по пустынному дворцу, пытаясь отыскать хоть кого — нибудь живого.

Мне же в отличие от сказочной героини такой истории «не светло». Внешне Баев совсем не казался отвратительным, даже напротив, но вот что касается души…

Продолжая осмотр дома, я обошла весь второй этаж (заглянула во все спальни — зачем, сама не знаю), зашла на кухню и даже поискала в оранжерее Петра Ивановича (дворецкий любил проводить свой досуг именно в оранжерее, заботясь о редких растениях) — дом, казалось, и правда, вымер… Неужели и в самом деле, никого нет … Но ведь Кирилл не оставил бы меня без присмотра.

"Я заглянула в соседние с оранжереей помещения, прошла в ещё одну столовую, оттуда через картинную галерею в библиотеку — везде пустые комнаты.