Хозяин волчьей стаи

Войны, предательства, передел власти… и всё из-за слабых Лун. Никогда.

Опешив, я посмотрела на Кирилла.

— Сильная девочка, — усмехнулся он. — И способная.

— Я никогда не буду с тобой жить. — пообещала я Баеву тихим голосом. — Никогда.

Кирилл жестко усмехнулся.

— Никогда не говори никогда.

— Никогда, — повторила я, замотав головой. — Этого не будет.

Баев хотел что — то сказать, но тут моя волчица, наконец — то вырвавшись, погасила моё сознание. Наконец — то.

Глава 25

— ….Настя, — кричал Кирилл, встряхивая моё тело несколько раз.

Мне отчего — то было сильно больно, просыпаться совсем не хотелось…. я устала и вымоталась.

— Настя! — услышала я снова испуганный голос Кирилла. — Пожалуйста….

Впервые он не приказывал, а просил… но сил, чтобы бороться за собственное существование, уже не было.

— Детка, пожалуйста…

— Медики готовы, — услышала я голос брата. Андрей?? Что он здесь делает?"

"Сильно удивившись, я попыталась было открыть глаза, услышав в этот момент Баевское рычание.

— Не сейчас. — И тут же короткий приказ. — Андрей!

Мой брат тяжело вздохнул.

— Как скажешь, Альфа. Но ты же понимаешь, мне не хочется здесь торчать… дома Катюша одна.

— Это твоя сестра, между прочим, — резонно заметил Кирилл, но вот ответ Андрея меня ошарашил.

— Ты же знаешь, что мы не родные. Я всего лишь её воспитывал. Развлекался. Люди держат в качестве домашних любимцев собак, а оборотни — людей…. — Голос брата прозвучал глухо и как — то неестественно, но я не придала тогда этому большого значения.

Нигде нет места. Никому не нужна.

Грянул натуженный хохот. Если им так смешно, то почему смех не веселый, — подумала я сквозь пелену безразличия. Андрей не мог такого сказать… не мог…

Волчица взревела и её сознание попятилось куда — то назад, вытесняя меня на передний план.

И я открыла глаза.

— Ну наконец-то, — выдохнул довольный Баев. Надо мной, склонившись, стояли Альфа и двое Бет стаи — Гильермо тоже был здесь, поддерживал Андрея. Вдалеке, возле дверей в комнату, за происходящим наблюдал Илья Романович…

А в не зашторенном на ночь окне плавала огромная багряная луна.

— Теперь все вон, — велел Баев, не размениваясь на сантименты.