Сестры Ингерд

***

Когда, в какой именно момент ощущение праздника и всемогущества пропало? Ангела тоскливо вглядывалась в серую снежную муть за окном, пытаясь понять, что именно пошло не так. Сегодня с утра она даже от завтрака отказалась, сославшись на головную боль. Муж уехал по делам, свекровь прислала вонючую жижу, которую юная графиня, разумеется, пить не собиралась. Кларимонда пыхтела и вздыхала у другого окна, вышивая какую-то бессмысленную тряпку.

После отъезда гостей как-то незаметно выяснилось, что никому в замке, кроме угодливой Кларимонды, юная графиня на фиг не сдалась.

Слуги были почтительны и по первому требованию кидались выполнять ее желания. Только вот желать-то особенно было нечего. Ну, сгоняет она служанок на кухню за изюмом, курагой и орехами или за водой. А дальше что?!

Муж в обязательном порядке каждое утро, шесть дней в неделю отправлялся к воинским казармам и чем-то там занимался со своими вонючими солдатами. Свекровь, эта постная старая вобла с вечно поджатыми губами, была занята целый день.

К ней бегали слуги за приказами, она что-то обсуждала с сенешалем замка, лично проверяла какие-то списки и бумаги и обходила мастерские.

Самое отвратительное, что ей, Ангеле, никто и ни в чем не чинил препятствий. Юная графиня хочет платье? Укажите пальчиком на ткань, ваше сиятельство! Старуха отменит все дела в швейной мастерской, и через четыре-пять дней туалет будет готов. Юная графиня хочет какое-то блюдо? Только подскажите какое, ваше сиятельство! Повар получит от старухи приказ и из шкуры вылезет, чтобы угодить.

По требованию молодой графини ей открывали любые кладовые и давали доступ ко всем сокровищам замка. Зашкаливающее количество драгоценностей — от тяжеленных, очень древних грубых золотых чеканок до весьма роскошных, сделанных в последние пару десятилетий, было доступно Ангеле в любое время дня и ночи. Хоть по пять ожерелий за раз надевай."

"Проблема была в том, что когда Ангела, наигравшись, отодвигала от себя бесконечные шкатулки, в комнату приходила графиня со своей служанкой, тщательнейшим образом раскладывала все по многочисленным шкатулкам, коробочкам и ларцам, расставляла богатства на стеллаже и закрывала комнату.

Проблема была еще и в том, что даже любоваться всеми этими драгоценностями на белоснежной коже графини было совершенно некому: гости в замке практически не появлялись. А если и приезжали какие-то путники, то к графскому столу они не допускались. Их кормили отдельно, при кухне.