Хозяйка Севера

— Луна? — тем временем обратилась ко мне моя посетительница, немного изменившись в лице. Не знаю, что она там себе придумала, но взгляд её стал... как будто испуганным. — Простите, Луна, если я зашла излишне далеко...

Девушка нервно вздохнула.

— Альфа сказал, что я могу быть с вами откровенной...

Я кивнула.

— Именно этого я от вас и ждала, — кивнула я. — Спасибо, Ника, за вашу откровенность.

Девушка тут же моментально расслабилась, за секунду вновь превратившись в королеву положения.

— Луна? — внимательно посмотрела она на меня.

— Я так понимаю, что вы предлагаете мне помощь дизайнера в создании моего образа? — спросила я у Ники.

— Вы — Луна Стаи, — покачала головой Ника. — С оборотницами... с людьми вашего уровня должна работать целая команда: дизайнер-стилист, парикмахер, визажист... как я понимаю, личный тренер у вас уже есть.

— Есть, — кивнула я, хотя это было не совсем правдой. Нет, у меня всё ещё остались контакты той женщины, которая помогла мне быстро прийти в норму, но.

Ника приподняла бровь.

— Луна, простите великодушно... Вы сейчас находитесь в хорошей форме. Для человека в хорошей форме. И я бы не приставала к вам с упражнениями, если бы вы перекидывались хотя бы раз в месяц, устраивая забег со своим мужем.

— Мы с Германом устраиваем еженедельные забеги в спортзал, — пояснила я, спокойно пропустив мимо ушей «со своим мужем».

— Оу... — выражение, которое появилось на лице Ники, показалось мне бесценным. — Простите, Луна..

— Вы же собирали обо мне информацию, — поддела я девушку.

— О, да, — закивала она болванчиком. — Но настолько высокий уровень мне недоступен.

Она уважительно посмотрела на меня и с придыханием протянула:

— .

Я кивнула, решив умолчать, что Герман сам же и настоял на этом — фактически, это был ультиматум с его стороны: я могла продолжить заниматься спортом в зале только в одном случае — если в этом спортзале кроме Германа никого больше не будет.

Между тем, Ника оказалась под большим впечатлением от этой новости..."

"Я, к своему стыду, даже не осознавала, насколько Герман кажется недосягаемым для простых оборотней.