Хозяйка приюта магических существ

Один раз, второй… Безрезультатно — разные весовые категории. Как протиснуться между накачанными мужиками с огромными пивными животами или аристократом, которого окружает целая бригада телохранителей. Не бить же мне их? Свидетелей много…

— Мой человек, а может я в них это… плюну? — робко уточнил дракончик, когда я в очередной раз не смогла пролезть между двумя бугаями, которые еще и нагло ухмылялись.

— Не вздумай, — с улыбкой ответила я. Похоже, мне придется ждать, пока ажиотаж чуть схлынет, и выбирать из того, кто останется.

— Госпожа Лиссандра, может, договоримся? — хитро улыбнулся Хэй. — Вам ведь надо пройти к той сцене, верно? Если у меня получится довести вас туда, то взамен вы потерпите меня до Ревота?

Что? Зачем ему путешествовать вместе с нами? Однако… Я глянула на людей, между которыми было не пробиться, и сказала:

— Ну, если господин Хэй сможет это, не обнажая меч и не используя кулаки…

— Хорошо, можно вашу руку? — со вздохом спросил Хэй. — Разумеется, я не стал бы драться тут.

А Хэй более разумный, чем мне показалось в самом начале.

— Пол хлипкий. Если я тут начну драку, — сказал Хэй, — то, боюсь, он рухнет подо мной. А заклинание левитации — мое самое нелюбимое, после него всегда немного мутит.

Что я там подумала про разумного и понимающего? У меня, похоже, два спутника, которые чуть-чуть не от мира сего. Хотя «чуть-чуть» — это я, конечно, им польстила.

— Чужой человек, ты покушаешься на честь моего человека? — дракончик тут же встрепенулся, топнув по моему плечу и уставившись на широкую мозолистую ладонь Хэя.

— Разве похоже? — с деланной обидой ответил Хэй. — Я ведь спрашиваю разрешение, а не делаю что-то против воли твоего человека, верно?

— Верно, — согласился дракончик. — Когда спрашивают разрешение, то это не покушение на честь.

— Вашу руку, госпожа, — требовательно сказал Хэй, а я послушно взяла его за ладонь. Не столько надеялась, что из этого выйдет что-то путное, сколько любопытство грызло.

Но вышло дело: Хэй рассекал толпу так легко, как нож входит в масло, и уверенно вел меня за собой. Казалось, то люди сами уступали ему дорогу.