Хозяйка приюта Дрэгонвилль (СИ)

— Понимаю, по велению короля ты несешь за них ответственность. Тебе доверили управление приютом и судьбу детей. Но я тоже привязан к ним. Как и к тебе, Дарья.

Это было самое лучшее признание, которое я когда-либо слышала из мужских уст. И в словах Карла не сомневалась. Вот ни капельки. Он уже не раз доказал, что верен своему слову и говорит всегда именно то, что думает.

— Мы тебя тоже любим, — тихонько шепнул Максимка и взял могучего Карла за руку.

Еще один мужчина, который не стесняется признаться в собственных чувствах.

Другие дети не готовы были высказаться, зато обняли повелителя драконов, как настоящего отца. Я с радостью присоединилась. Но, безумно счастливая, не могла не думать о важном:

— Как быть с Миклуном? Он согласился оставить Нарана в приюте?

Карл нахмурился, на его благородном лице проскользнуло выражение бессильной ярости.

— Давайте вернемся в замок, там все обсудим.

Мы оставили детей на попечение Авилы и Бри, а сами уединились в моем кабинете. Карл отказался от ужина, да и у меня пропал аппетит от новостей.

— Этот мерзавец не отец Нарана, — начал рассказ повелитель драконов. Он расхаживал по кабинету взад-вперед, точно не находя себе места от волнения. Я редко видела его таким, но, учитывая продолжение, поведение Карла становилось понятным. — Он выкупил его у каких-то бедняков. Выменял на два мешка соломы. Настоящие родители, если можно их так назвать, были рады избавиться от ребенка с врожденным даром. Они не смогли, да и не хотели понять, насколько важны и велики силы мальчика.

А вот Миклун нашел им применение. Этот шарлатан использовал малыша в своих цирковых выступлениях. На одном из представлений Наран обернулся драконом.

Карл замолчал и, не сдержав эмоций, ударил кулаком в стену, наверняка представляя на ее месте ненавистное лицо Миклуна.

— Нашему Нарану досталось? — спросила я, наверняка зная ответ.

— Миклун представил все так, будто это такое шоу. Но многие зрители не поверили. Они чуть не подняли дурного фокусника на вилы, а тот, в свою очередь, оторвался на малыше Наране.

После этого мальчик стал постоянно носить перчатки с металлическими пластинами, доставлявшими драконьей сущности неимоверные мучения. Жаловаться и плакать Нарану строго запретили. Миклун больше не мог использовать его в выступлениях, но, прочитав статью в «Магическом вестнике», нашел новый способ разжиться на мальчике.

— Отправить его к нам, а после потребовать выкуп, — догадалась я.