Хозяйка королевской таверны

– Сочувствую, – усмехнулся Робин. – Если это и так, несладко тебе придется. Из керлов или из вилланов?

Тут я поняла, что не очень хорошо слушала уроки истории… Потому просто промолчала, на всякий случай опустив голову, как ученица, готовящаяся получить двойку.

Оказалось, промолчала в тему.

– Значит, беглая рабыня, по случаю укравшая чью-то одежду, – подытожил Робин. – Так?

Кивать было проще, чем отвечать. Я кивнула."

"– Хорошо, – проговорил Робин – и по тому, как он это сказал, я поняла, что он не поверил ни одному моему слову.

Робин окинул взглядом лагерь.

– Завтра я придумаю, что с тобой делать дальше.

Прозвучало это не очень вдохновляюще, но делать было нечего. Повинуясь кивку головы предводителя разбойников, я пролезла через узкий вход в тесный шатер, обложенный сверху звериными шкурами, – после чего еще одна шкура, подвернутая над входом, упала от резкого движения руки Робина.

Вряд ли кусок плохо выделанной оленьей шкуры смог бы отгородить меня от разбойников, но я надеялась на авторитет их вожака. Ну и даже если он полезет ко мне ночью – что ж, сопротивляться не буду. Лучше переспать с одним оборванцем, чем по тебе пройдется очередь из сорока его подчиненных, изголодавшихся по женскому телу.

Внутри шатра было душно, к тому же здесь до тошноты воняло сырыми шкурами и концентрированным ароматом давно не мытого человеческого тела.

Внезапно я обнаружила, что этот день вымотал меня до предела. И мне уже было совершенно наплевать, где я и что со мной случится дальше. Потому я просто свернулась калачиком на вонючей шкуре и моментально провалилась в сон.

Глава 5

Мне показалось, что не успела я закрыть глаза, как кто-то принялся трясти меня за плечо.

С трудом разлепив веки, я увидела волевое лицо с черной сальной прядью волос, выбившихся из-под зеленого капюшона.

– Вставай, – проговорил Робин Гуд. – Уже рассвет, и тебе больше нельзя здесь оставаться.

Сперва я подумала, что все происходящее – это лишь дурной сон. Остро захотелось зажмуриться и проснуться окончательно в своей постели.