Хозяйка ювелирной мастерской

Мамочки… такого целителя мне точно не нужно!

– И что за… странный наряд?! – Его императорское величество изволили заметить моих розовых кролей, и квадратная челюсть медленно поползла вниз, а в светло-зелёных глазах проскользнуло искреннее недоумение.

Эх… слабоваты здешние правители! Никакой выдержки и самообладания.

– Ваше величество, перемещение в ваш мир не входило в мои ближайшие планы, а для моего мира такая одежда является привычной, – спокойно ответила я.

– В каком смысле перемещение не входило в ваши планы? – В светло-зелёных глазах заплясали безумные огни, а в голосе появились рычащие нотки.

– Договор заключался с Мариэль, а она мертва. – Родгер шагнул вперёд, заслоняя меня собой.

– Ваше величество, – вкрадчиво начал магистр, – это ничего не меняет. Гости уже собрались и ждут объявления помолвки вашего сына с леди Мариэллой Леоннэ…"

"– Никакой помолвки не будет, – отрезала я, гордо расправив плечи, – и меня зовут Марианна, а не Мариэлла.

«Ничему не верь, ты можешь отказаться от всего, что он предложит…» – вспомнились слова Родгера.

Жаль, дракон не успел договорить, но и этого достаточно, чтобы понять главное. Я не безвольная кукла, и, если сама по глупости не соглашусь, насильно меня никому не отдадут.

Анхель судорожно выдохнул и бросил на командора взгляд, полный ненависти и глухой ярости. Сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев, но промолчал.

Будь его воля, он бы притопил в ближайшем озере и меня, и своенравного Родгера.

– Согласно нашим законам, вы обязаны сочетаться браком с наследником Огненного престола, – змеёй прошипел магистр.

– Я хочу видеть гражданский и уголовный кодекс Тиерры, – лениво ответила, намеренно копируя интонации бабушки. Раз она была королевой, будем держать заданную ею планку!

– Что, простите? – растерянно уточнил синеглазый.

– Если я правильно понял, леди Марианна желает видеть наш сборник законов, – пояснил Родгер.

– Именно, – кивнула я.

– Женщина не способна понять Хрустальный кодекс! – воскликнул Анхель.

– Это не вам решать, – отрезала, пытаясь из последних сил удержать лицо.

От усталости меня била дрожь, и я едва держалась на ногах. Каждое слово, каждый ответ давался с трудом и казался сложнейшим шахматным ходом. Я толком не понимала, что говорить и какой линии поведения придерживаться.