Хозяйка графских развалин

— Свадьба сорвана, — заключает Гебби.

Да уж.

Я не слишком-то стремилась замуж, выбирала между Медведем и графом. Возвращение к батюшки ничем хорошим для меня не обернётся. На севере будут свои трудности, но уже одно то, что граф вежлив и предупредителен, меня с ними примиряет.

Никаких “свадьба отменяется” — я против!

Лучась самодовольством, Бетти демонстративно отходит подальше, но не уходит, а встаёт у стены в ожидании продолжения. Граф бледен и… к разговору не пригоден. Остаются словоохотливые и лёгкие в общении близняшки.

Но я не спешу задавать вопросы, я наблюдаю за графом. Он словно на стеклянную стену налетел, и теперь не знает, что делать. Стоит, таращится на пробудившиеся регалии…

— Почему сорвана? — уточняю я у Гебби.

— Потому что регалии вас не признают, госпожа. Простите…

Чушь какая-то.

— Почему вы уверены, что регалии меня не признают, леди?

— Регалии реагируют на силу крови, госпожа.

Ага…

Понятного мало, но хоть что-то вырисовывается. Сомневаюсь, что артефакты реагируют на титулы, а вот на магию — запросто.

— Ваше сиятельство, насколько мне известно, изначально церемония должна была состояться в столице? Я понимаю, что явиться в храм без предварительно назначенного времени, жест, мягко говоря, скандальный. Но разве это не лучшее решение?

Если я права, в столичной церемонии регалии бы просто не использовали, а значит, проблем с проведением церемонии не будет.

Близняшки переглядываются.

Граф, встрепенувшись, почему-то не спешит отвечать.

Зато Бетти…

— Это будет позор, — хмыкает она.

Вот чему она радуется?

Только что она перечеркнула попытку графа вытащить семью из нищеты, и пусть попытка спорная, но граф хоть пытается. А она? Что-то Бетти не спешит ни замуж за богача выйти, ни обеспечить семье приток финансов каким-нибудь иным способом."

"— Госпожа, я прошу прощения, — обращается ко мне граф, — я показал вам не только плачевное состояние графства, но и свою несостоятельность как главы рода.

Меня пугает, как у Бетти меняется выражение лица. Она преображается в хищницу, почуявшую добычу. Она хлопает ладонью по стене храма, к голубому свету добавляется тревожно пульсирующий густо-фиолетовый с кроваво-красным отливом свет.

— Во имя чести я требую суд крови! — торжествующе заявляет Бетти…..

Близняшки ахают.

А регалии отвечают усиливающимся сиянием.

— Бетти.

— Гарет, вы сами признали свою несостоятельность как главы семьи.