Хождение по катынским мифам

Следует отметить умение, с каким боссы нацистской пропаганды оперативно и убедительно использовали как фальшивки, так и действительные факты для того, чтобы опорочить своих противников.

Вместе с тем Гитлер любил повторять выражение Фридриха Великого:

«Пусть мои генералы завоюют какой-нибудь город или страну, а потом найдутся тридцать профессоров международного права, которые докажут, что я был прав».

Таких «профессоров» не надо было искать — они были в аппарате геббельсовского министерства, которые без поиска доказательств действия своего фюрера всегда встречали утвердительно-одобряющим возгласом — «Хайль Гитлер!»

Но с фашистскими злодеяниями надо было разбираться серьёзно.

***Как уже говорилось выше, этот русский Бабий Яр под Катынью сразу же с уходом немцев стал полигоном патолого анатомических исследований. Узким специалистам, входившим в состав Чрезвычайной Государственной Комиссии СССР, предстояло поставить точку в этой трагедии.

Они должны были не только голословно принять советскую версию, а с научной точки доказать всю несостоятельность утверждений и заключений нацистских «специалистов» и пронацистских клевретов.

Первое, что четко доказано, — большая часть жертв была в основном умерщвлена выстрелами в затылок из немецких пистолетов марки Р-38 «Вальтер», выпущенных в серию только в 1939 году и состоявших в то время на вооружении лишь вермахта и спецслужб третьего рейха.

На Нюрнбергском процессе давал показания по Катыни болгарин — сотрудник кафедры судебной медицины, доктор Марко Марков, который был включен по инициативе имперского руководителя здравоохранения Леонардо Конти в так называемую «Международную следственную комиссию» для «раскрытия большевистских преступлений».

Он, в частности, заявил, что «…трупы находились в земле гораздо меньше трех лет. Я считал…около года или полгода».

По словам его тогдашнего ассистента доктора Георгия Михайлова, цель, которую преследовали гитлеровцы, организуя Международную комиссию в Катыни, «…состояла в том, чтобы её участники после возвращения в свои страны выступили с публичными заявлениями о зверствах большевиков».

Доктор Марков ничего такого не сделал. На него был оказан нажим, но он упорно отказывался…Доктор Марков демонстративно отказывался написать требуемое от него неверное заключение…

Так дело дошло до открытого столкновения.

Марков не сдался, а потому был уверен в правоте своего заключения.

***Дадим слово ещё одному из специалистов, врачу патологоанатому, свидетелю Зубкову К.П.