Хорошие манеры Соловья-разбойника

– Верно, – хором согласились мы с Костиным.

– Но у Фединой есть сын, – заявил Николаша, – Алексей Олегович Барабанов. Новорожденного зарегистрировали в загсе, он ходил в детский сад, в две школы: общеобразовательную и музыкальную. Затем стал студентом консерватории, учился играть на пианино. Вот только последние сведения о нем, которые я смог найти, датированы весной того года, когда юноше исполнилось двадцать лет. Он выступил на районном конкурсе пианистов и занял последнее место. Все. Более о нем ничего нет.

– Интересно, что он натворил? – пробормотала я. – Похоже, старшее поколение чадо из своей жизни вычеркнуло. Поэтому Федина и говорит, что родных детей у нее нет. Надо попытаться выяснить у нее правду. Мне нужно появиться еще раз у Будкиной.

– Лучше начать с Елены Яковлевны, капельдинера концертного зала, – предложил Костин, – она же, по словам Фединой, еще и администратор. Елена не любила Арамакину. Может, она знала про нее нечто не очень благовидное? Секундочку, звонит Алла. Добрый день, да, это я. Так, когда это случилось? Во сколько? Так, так, так. Где вы находитесь? Поднимайтесь.

Володя отложил свой мобильный и взял трубку внутреннего телефона.

– Оформите пропуск на Федину, она ко мне идет.

– Что случилось? – занервничала я.

Дверь в переговорную распахнулась, на пороге стояла Алла. Сегодня она выглядела небезупречно. Волосы скрипачка стянула в хвост, про макияж забыла.

– Не знаю, зачем к вам пришла, – залепетала она, – наверное, зря. Но мне страшно, очень страшно! Да, Олег не любит клубнику. Но аллергией никогда не страдал. Вообще! Просто один раз в детстве он ею объелся и теперь испытывает к ягоде…

Над дверью вспыхнула красная лампа, раздался надрывный вой. Миша вскочил, схватил Аллу за руку, втянул в помещение и усадил на стул.

– Говорит Голубев, начальник охраны. Всем оставаться на местах. Неизвестная женщина проникла в здание. Поднялась на лифте до расположения бригады Костина. Произведена блокировка помещения. Ситуация под контролем.