😈 Хозяйка брачного агентства или Попаданка в поисках любви

— У вас логика, как у заядлой преступницы, леди Монх, почему вы все время ожидаете от полиции какой-то подлости?

Я растерянно оглядела лорда Уинфреда, перевела взгляд на уставшего Ренслира, потом на растерянную Лесли. Я не знала, что ответить, не говорить же, что я смотрела слишком много детективных сериалов из своего мира, где в полиции обязательно есть крот или еще что-то в этом роде. Может, местные жители воспитывались иначе, и у них был другой менталитет, но я-то местной не была.

— Я просто хотела спасти Глинду, — опустив голову, тихо произнесла я.

— И тем самым сорвали нам операцию со внедрением тайного агента в структуру Лиги. Поздравляю, леди Монх, вам есть, чем гордиться, — язвительно добавил лорд Уинфред. Он помедлил, оглядывая нас троих, а потом все же, смягчившись, добавил. — Но вы сможете загладить свою вину, если позаботитесь о пострадавшей. Если на нее нельзя надеть сдерживающий артефакт, за него будете работать вы. Но, конечно, вам придется подписать бумаги о неразглашении всего того, что вы услышите во время ведения следствия.

Я понуро кивнула.

Глава 97

Пока шли допросы Глинды, я с трудом поддерживала ее стабильность. Конечно, работники полиции, которые с ней работали, теперь уже имели обязательные защитные амулеты, но все равно нельзя же постоянно выплескивать свой и так крошечный резерв во все стороны. Поэтому постоянно приходилось прерывать тяжелые разговоры и применять простейшие приемы медитации, которые я отработала, обучая Саманту.

Свои эмоции тоже приходилось сдерживать, с трудом не ужасаясь рассказываемому. Чокнутая мать с детства третировала девочку, например, отняла ее у семьи, которая ее воспитывала до семи лет, на основании того, что те были к ней слишком любящими родителями. Будущая глава лиги с самого начала считала, что в Глинде наверняка есть какое-то порочное начало от отца, а уж когда раскрылось, что девушка суккуб, и вовсе уверилась в этом на все сто процентов.

Когда образовалась Лига, именно этот далекий почти заброшенный дом стали использовать для особо тайных встреч, поэтому девушка оказалась важным и полезным свидетелем по делу. Были члены парламента, которые не желали пока афишировать свои связи с суккубоненавистниками, поэтому приезжали в тот дом.