Хорошо там, где нас нет

Там оказалась светлая комната, похожая на маленький антикварный магазин. Скорее всего, букинистический. Кроме книг – различные штучки непонятного назначения, шкатулки, череп какого-то животного и много-много всего интересного…

– Присаживайся, – предложила хозяйка кабинета.

Только теперь я увидела круглый столик у окна и четыре стула.

– Спасибо, – машинально ответила я, нерешительно присаживаясь на край ближайшего стула.

– Прочему ты все время благодаришь? – шуршала пакетиками за дальним столом преподавательница.

– У нас так принято.

– Теперь не «у нас», Надя. Могу я так тебя называть?

Я кивнула. Какой у меня выбор?

– Теперь ты дитя этого мира.

– Почему вы так решили? – удивилась я.

– Если он тебя не выкинул в первые трое суток или не убил, значит, принял. И у тебя изменилась внешность.

Мне стало не по себе от перспективы, которой удалось избежать.

– Откуда вы знаете?

– Мир слухами полнится, – неопределенно ответила Пиграно.

Надо думать. Здесь к ним тяготеют больше, чем на Земле.

– Да, я сильно изменилась, но не кардинально.

– С людьми из технических миров так всегда. Вас сложно полностью изменить, вы тяжелые дети, – со знанием дела ответила преподаватель, заливая в чашки кипяток.

– Мы… – начала я. – Это нам здесь тяжело.

– Конечно, тяжело. Я слышала о твоем конфликте.

Я угрюмо промолчала, так как не приучена говорить одному преподавателю о другом. Но Пиграно все поняла. Удивительная женщина!

– Не переживай, я ему твои слова передавать не собираюсь.

Я подозрительно посмотрела на преподавателя.

– У него сложные отношения с коллегами, – пояснила она.

Неудивительно.

– Но он прекрасный специалист в своей области. Если хочешь мой совет… попробуй взять от него все знания, какие сможешь.

Хороший совет, но вот выполнимый ли?

Пиграно поставила передо мной чашку, в ней плескалась подозрительная сине-сиреневая жидкость.

Не желая обижать хозяйку отказом, я пригубила…

Умм… Прекрасный вкус неизвестных ягод.

Присев напротив меня, Пиграно спросила:

– Как ты относишься к моему предмету?

Я стушевалась:

– Мм… Он очень необычный.

Кивнув, преподаватель заметила:

– Скептически. Понимаю. В вашем мире наше ремесло не в чести?

Наше?

– Мм… Нет. К нему относятся довольно недоверчиво и не принимают всерьез.

– Это понятно. У вас закрытый мир, и дар виденья в нем проснуться не может. Тем интереснее, что он так ярко выражен у тебя.