Хорошо там, где нас нет

Мрачно посмотрев по сторонам, я заторопилась в столовую. Нужно успеть поесть, прежде чем приступить к отработке. А еще меня заботило, что Надим обещал поговорить с Гарнером. Как тот отреагирует? Он – мой куратор, и от него во многом зависит моя учеба.

В столовой за столом около окна, который уже привычно стал моим, ждала Вуку.

«Снова будут нотации», – поняла я.

Взяв поесть, молча села за стол и принялась за пищу. Общаться не хотелось: во мне клокотали обида, жажда мщения и тревожное ожидание наказания. Все-таки что здесь подразумевают под нарядом, я не знала.

Боже, только бы не узнать, из чего нам готовят!

Ребята, усевшиеся напротив нас, смотрели настороженно и с ожиданием чего-то, я продолжала есть, а Вуку… Вуку удивлялась вслух:

– Надя, как ты могла такое сказать? Это пренебрежение мнением преподавателя. В нашем мире очень важно относиться к авторитетным лицам с уважением. К тому же предположить, что кто-то может применять ядовитые растения, это…

– Логично.

– Ты говоришь как старуха, – отметил Дима.

– В твоем мире, может быть, так и есть, хотя я сомневаюсь, – заметила Вуку.

Услышав это, я чуть не подавилась.

– А у вас тут по-другому? И я далеко не настолько знающая особа, – хмыкнув, ответила я обоим.

– Ага. Но мне кажется, что все совсем не так, – сообщил Слава.

– Да что ты говоришь?! Я жестокая и аморальная? Будет вам жестокость и аморальность, – со стуком опустила я стакан на стол.

Ребята вздрогнули и странно на меня посмотрели. Я не видела смысла спорить – пусть думают что хотят. Но меня их умильная правильность уже замучила. Все, хватит!

Правда, пока нужно притихнуть. На первом курсе выступать не следует. Зато теперь у меня есть цель, и я ее достигну!

Как ни странно, осознание чего-то важного для меня, новой цели, успокоило меня.

Закончив есть, я направилась к блоку кухни. Работать после ужина совершенно не хотелось. Поставив грязную посуду в специальную емкость, я пошла в служебное помещение.

Место, где готовили пищу, на первый взгляд оказалось очень приятным. Мебель из черного дерева дополняла белый камень стен.