Хорошо там, где нас нет

– Как ты мог? Я тебе верила, а ты предал меня! – крикнула светловолосая… драконица?

– Ты мне верила? Да ты отвернулась от меня, когда мне больше всего нужна была твоя поддержка, – прорычал дракон.

– Я не отворачивалась! Ненавижу! – заплакала его собеседница.

Неожиданно девушка размахнулась и ударила Диму по лицу. Мужчина, в теле которого я в этот момент находилась, почувствовал досаду. А потом меня выбросило обратно.

Все повторилось: я лежала, на этот раз на диване, надо мной склонились Пиграно и Дима со Славой.

– Надя, ну я же просила! – воскликнула преподавательница.

– Я ничего не делала. Оно само.

– Ты что-то видела, да? – спросила меня провидица.

Мой взгляд непроизвольно метнулся к Диме. Тот сразу все понял.

С этого момента моя жизнь еще больше осложнилась. Дима преследовал меня и постоянно просил рассказать, что я видела. Рассказать я не могла. Вот не могла – и все. Я не знаю, где это произойдет, не знаю, кто эта незнакомка, не знаю, чьими глазами смотрела на все это.

Пиграно предупреждала об эффекте «блока».

– Надя, ну хоть намекни! Есть же много способов, как обойти запрет, – увещевал меня дракон.

– Лучше послушай меня и запомни. Женщины любят ушами. Понял? И постарайся быть выше всяческих ссор.

– Прекрати мне рассказывать глупости! Я тебя о чем спрашиваю?

– О том, что лучший способ заставить женщину замолчать – это поцеловать ее.

– Надя…

И так без конца. В итоге Слава перестал с нами ходить, ведь находиться рядом, по его словам, стало невыносимо.

Через некоторое время я еще раз провалилась в свое видение. А потом снова и снова. В итоге занятия на некоторое время пришлось прервать. Пиграно сказала, что ей нужно подумать. Ситуация оказалась неординарной, и, прежде чем выбрать методику обучения, следовало многое учесть.

Я гуляла в парке и щурилась на солнышке, уже зимнем.

– Надя!

Обернувшись на окрик, я увидела спешащих ко мне ребят.

– Ты переживаешь из-за того, что случилось на занятии по зельеварению? – поинтересовался осторожно Слава.

Дима угрюмо молчал.

Недавно мы поссорились.