Холостяк для блондиночки

Теперь перед ней Кирилл Александрович Одинцов в боевой ипостаси, в той которую видят конкуренты, соперники и враги. И она в данный момент один из них – враг.

- Оправдываться даже не попытаешься? – выражение лица, голос и сам вопрос убивают своей жестокостью. – Жаль, послушал бы. Черт! Оксана! – неужели срывается? – Последнее сообщение написано ВЧЕРА! ВЧЕРА! Не три дня назад, не неделю. ВЧЕРА!

Ксюша смотрит на море и молчит. Он хватает ее за подбородок рукой и поворачивает к себе. И отталкивает, натыкаясь на пустой взгляд.

- Скройся с моих глаз, иначе я за себя не ручаюсь."

"И тут Оксану Сергеевну срывает. Слишком унизительно, слишком обидно.

- Значит, не ручаешься, да? И что ты сделаешь? Убьешь?

- Заткнись, с…! – процедил он, хватая ее за хрупкую шейку. – Замолчи или я это сделаю.

Она смотрит ему прямо в глаза, не показывая и доли страха, сковавшего тело.

- Делай! – его рука сжимается сильнее. Ярость, ревность, боль, обида – все смешалось в душе. Глаза застилает красная пелена, и Кирилл уже не видит мольбы в ее взгляде, мольбы не убивать их любовь.

Когда девушка начала задыхаться и хрипеть, окружающий мир, наконец, пришел в движение. Стоящие рядом люди отмерли и схватили Одинцова, пытаясь разжать его пальцы.

Последней мыслью было то, что, наверное, после ее смерти Кирилл все же узнает правду о Дани и не бросит его.

Филу пришлось буквально выбить душу из Кира, чтобы вырвать из его рук Оксану. Ударил в живот, откидывая подальше. Девушка, можно сказать, выпала из его ослабших рук, и к ней бросились подруги.

Одинцов лежал на палубе, стараясь отдышаться. От удара под дых и от состояния аффекта. Вот значит, как это происходит. Когда он чуть пришел в себя, его тело сотрясала крупная дрожь. Посмотрел в сторону Оксаны. Там слишком много народу, ничего не видно. Жива ли?

- Фил! – голос хриплый и безжизненный. Больно, как же больно. – Я ее не убил?

Сказав, осознал. Схватился за голову. Нет, только не это.

- Жива, - вздох облегчения.

- Фил, почему ты меня раньше не вырубил? Чего ты ждал? А если бы…

- Поверить не мог, ступор какой-то…

Кирилл закрыл глаза. Пустота. И кажется навсегда.

Глава 26

Следующую неделю Кирилл пил. Беспробудно и жестко. К обеду его еще успевали заснять адекватным, тогда как сутра и вечером это было не реально. Пил, разумеется, с участницами, они были этому весьма рады. Энжела, Пэм, Лина и Саша.

Фил и Маша переживали.