Холодное золото

Я хочу, чтобы мы сегодня начали тренировать двойной сальхоф – это прыжок такой, довольно сложный и опасный. Если мы не научимся его выполнять – не видать нам призовых мест. И на выступления во Францию не возьмут. Вот я ей и стараюсь внушить, что в спорте нужно уметь рисковать. Спорт высших достижений – жестокое место, здесь идет постоянная борьба за существование, здесь не место жалости. Никто никого не жалеет! Да и в жизни, в общем, так же. Везде надо бороться за призовые места.

– Вообще-то меня с детства учили другому, – проговорил Егоров.

– Конечно, поддержка тоже важна! – охотно согласился Лещинский. – Ведь в нашей паре я как раз и занимаюсь поддержкой. Но если Вера не научится делать двойной сальхоф, а еще тулуп, нас обойдут все – и китайцы, и французы. Я сам стараюсь делать все самое трудное, что может партнер. Однако и от нее жду большей отдачи. Но я думаю, она уже все поняла. Значит, не пойдете посмотреть на нашу тренировку?

– Нет, воспользуюсь вашим советом и поеду на стадион автозавода, – ответил Егоров.

– Надеюсь, вам понравится, – сказал на прощание фигурист, и они расстались."

"Пока он ехал до автозавода, Егоров думал о том, что в мире спорта тоже есть свои проблемы – и зачастую очень сложные. Он понимал эту девочку Веру, которой надо было решиться на рискованный, может быть, даже опасный прыжок, при котором можно было сломать ногу или руку.

В спортивном комплексе автозавода Егорова ожидало знакомство с еще одним бывшим спортсменом, занимавшим должность директора. Этот директор, как и его коллега со стадиона «Локомотив», старался поддерживать спортивную форму, был подтянут, а также доброжелателен и улыбчив.

Врач оказался на месте. Егоров показал ему фоторобот, и доктор тут же заявил:

– Да, я видел этого человека у Виолетты Игоревны! Это он делал ей массаж.