Холодное золото

 – Как я понял из нашего разговора, этот человек – он, кстати, имеет такой же чин, что и ты, он капитан – на Леонтьева внимания не обращал. У него была другая ориентировка, он там одну балерину пас. Поэтому он не знает, как твой танцор проводил свободное время. На эту информацию мы рассчитывать не можем. А ты что мне расскажешь? Много ли дало наружное наблюдение?

– Ну, оно пока продолжалось всего сутки, – ответил Егоров. – И за эти сутки наблюдение ничего не дало. Леонтьев вел себя как образцовый гражданин, хороший работник и любящий сын.

– Ладно, в конце концов, пока это лишь первые сутки наблюдения, – сказал полковник. – Посмотрим, что будет дальше. Лишь бы твой танцор не обнаружил, что мы проявляем к нему повышенное внимание.

– Как же он это заметит? – возразил Егоров. – Ведь наши агенты – не какие-то новички.

– Ладно, продолжай расследование и держи меня в курсе дела, – напутствовал полковник своего подчиненного.

Выйдя из кабинета Волкова, капитан спустился в подвал, в отдел криминалистики.

Бригадой, выезжавшей на квартиру певицы, руководил капитан Зубченко. К нему Егоров и направился."

"– Слушай, Андрей, – сказал он, зайдя в лабораторию криминалистов, – скажи мне одну вещь. Вы ведь снимали в квартире певицы отпечатки пальцев?

– Конечно, снимали, – ответил эксперт. – А что именно тебя интересует?

– Много там было людей?

– Полно.

– А сколько из них вы идентифицировали?

– В смысле, мы знаем, кому они принадлежат? У шестерых. Это в первую очередь сама Леонидова, затем ее домработница Петрова, близкий друг певицы Борис Шварцман, племянник Леонид Сазонов, режиссер Георгий Поздняков и другой режиссер, Княжевич.

– Значит, остаются отпечатки пальцев пяти человек, и вы не знаете, кому они принадлежат?

– Верно.

– В таком случае вот тебе задание. Вот тебе список. В нем, как видишь, четыре человека. Я установил, что все они тоже бывали в квартире певицы. Это ее коллега, певица Ганская, врач Святослав Крахмалев, медсестра Глухова и танцовщик Игорь Леонтьев. Надо у них всех взять отпечатки пальцев. Так мы получим картотеку с десятью опознанными отпечатками.

– Я тебя понял, – сказал Зубченко. – Сейчас же пошлю двух парней, они у всех этих фигурантов снимут пальчики.