Холодное сердце. Другая история любви

До сих пор она никогда не оказывалась так близко к юноше своего возраста, не говоря уже о таком красивом и обаятельном юноше. Все это выглядело точь-в-точь как в сказках, которыми она зачитывалась, когда была маленькой. Рослый золотоволосый красавец на белом коне. Не хватало только, чтобы он еще оказался…"

"– Принц Ханс из королевства Южных островов, – учтиво представился всадник.

Принц? Анна готова была расхохотаться.

Кое-как собравшись и вспомнив о манерах, Анна присела в реверансе.

– Принцесса Анна Эренделльская, – назвалась она.

– Принцесса?.. – повторил Ханс с явным потрясением и, пожалуй, даже смущением в голосе. Он тут же преклонил колено и склонил голову. – Моя госпожа.

Конь вслед за хозяином тоже попытался проявить учтивость: приподняв ногу, он склонил могучую шею и подогнул копыто. Все это выглядело бы чрезвычайно изысканно и даже трогательно, если бы этим самым копытом он не удерживал на месте лодку. Лодка тут же снова накренилась, и Ханса качнуло к Анне.

Сообразив, что он чуть не натворил, Ситрон снова прижал нос лодки копытом, но перестарался: лодку резко качнуло в обратную сторону, и на этот раз Ханс повалился на спину, а Анна упала на него.

– Ох, до чего же неловко, – смущенно сказала Анна, стараясь не дышать Хансу прямо в лицо, которое сейчас оказалось всего в нескольких дюймах от ее собственного. – То есть это не вы неловкий, а я – я очень неуклюжая. А вы просто чудо…

Анна поспешно захлопнула рот. Неужели она только что произнесла это вслух? Нет, ей определенно следует взять себя в руки! Она ведет себя так, будто это ее первый разговор в жизни.

Мягко отстранив от себя Анну, Ханс наконец поднялся на ноги и снова подал ей руку. Когда она тоже встала, красная до корней волос, он сказал:

– Позвольте мне официально принести свои извинения за то, что нечаянно толкнул принцессу Эренделльскую своей лошадью… и за все, что последовало затем.

«Ой-ой», – подумала Анна.

– Ничего страшного, – сказала она.

– Всего лишь вы? – переспросил Ханс.

Анна взглянула на него и кивнула, уверенная, что он тут же развернется и уйдет. Но, к ее великому удивлению, он улыбался и смотрел на нее так, словно то, что она – это «всего лишь она», ничуть его не огорчило.