Холодное сердце. Другая история любви

"

"– Если с ней что-нибудь случится…

– Если с ней что-нибудь случится, – перебил его представитель Блавении, – у Эренделла останетесь только вы.

«У Эренделла останусь только я?» Когда смысл этих слов дошел до Ханса, на один торжествующий миг ему почудилось, что снегопад за окном прекратился и что замок утонул в теплых солнечных лучах. Это было… как подарок: коробка в золоченой бумаге, перевязанная серебряным бантом. Он обвел глазами библиотеку, изо всех сил подавляя улыбку, которая так и норовила расплыться на его лице.

И тут он вдруг осознал, что эти слова означают на самом деле. Он так сосредоточился на своем плане, что их смысл дошел до него не сразу. Все это время он полагал, что для того, чтобы сделаться королем, ему нужна одна из сестер. Но в итоге он устроил все до того удачно, что теперь ему никто не нужен. Если блавенец сказал правду, то для Ханса сейчас будет гораздо лучше, если королева Эльза умрет или сбежит, а принцесса Анна так и не вернется домой.

Хотя… возможно, и нет.

Не успел Ханс решить, что теперь дорога к трону полностью открыта, как дверь в библиотеку распахнулась. На пороге стояли Кай и Герда… поддерживая принцессу Анну. Она еле держалась на ногах, и ее некогда рыжие волосы совсем побелели, но все же она была жива.

– Анна! – воскликнул Ханс, бросаясь к девушке и подхватывая ее на руки. Он пока не знал, что с ней случилось и что это означает для него, но решил, что разыграть любящего и встревоженного жениха сейчас будет более чем уместно. – Ты такая холодная…

– Ханс, – пролепетала Анна, – ты должен меня поцеловать.

Что… возможно, он плохо расслышал? Зубы девушки громко стучали от холода, да и ее голос был едва ли громче шепота, но она как будто попросила его поцеловать ее.

– Что? – неуверенно переспросил он.

– Скорее, – отозвалась Анна. Прикрыв глаза и потянувшись к нему губами, она попыталась коснуться его рта, но силы снова оставили ее, и она с тихим стоном обвисла в его объятиях.

Рядом кто-то негромко откашлялся, и Ханс вполне натурально вздрогнул: от радости, что Анна вернулась, он совсем забыл, что они здесь не одни.