Холод в ее глазах (СИ)

В одном из таких сейчас разместили и нашу команду со всеми сопровождающими.

Спонсоры и гости проживали в гостинице рядом с ареной. То есть, она пошла либо в комнату к сыну, либо к тренеру. И судя по тому, что он взял Алису за руку, скорее всего второе. Я развернулся, чтобы пойти в свой номер. Вечером большой фуршет для всех команд и околоспортивной тусовки, и я надеялся, что Алиса его посетит.

За моей спиной стоял мой тёзка и внук моего секретаря, Ромка. Похоже, он был свидетелем моей встречи с женой.

— Сашка? — тут же озвучил причину своего удивления Ромка.

— Ну, понимаешь, думаю, это скоро станет и так известно. Но эта девушка была моей женой. Мы развелись, и она уехала в Канаду. А Алекс Маккейв, если бы его мама не уехала, был бы Александром Романовичем Макеевым или Вознесенским. — Ответил я. — Ты пока не рассказывай никому, хорошо?

— Хорошо. Но обидно так, — вздохнул Ромка.

— Почему? — удивился я.

— Как это почему? — он посмотрел на меня с возмущением.

— Ну, Ром, он родился здесь и, скорее всего, даже и не знает, что он из России. Его мама была обижена на меня и могла этого не рассказать. — Объяснил я.

— Понятно, — кивнул Ромка. — А за что обиделась? Ты это, загулял?

— Чего? Ты откуда такого нахватался? — удивился я недетским познаниям.

— Да я иногда бабушку у соседки жду. А у неё дочь, и часто жалуется, что у неё муж опять загулял. Ничего не понятно, но баб Клава требует, чтобы она разводилась.

— Нет, Ром, я не загулял. У нас с Алисой вышло недопонимание и вот результат. — Ответил я.

— Так разберитесь между собой, вы же взрослые! И мама у Сашки хорошая, я её ещё по чемпионату запомнил. Знаешь как со стороны заметно, что она то полотенца подаст, то питьё, то поможет с ссадиной или если кто нос или губу разбил… Эх, только у канадцев такая была. — Ромка как-то тоже переименовал Алекса.

— Я постараюсь, Ром! — улыбнулся я тёзке и пошёл в номер.

Мне было о чём подумать. Прошло достаточно времени, чтобы Алиса начала совершенно новую жизнь. Возможно, у неё семья. И местные законы будут целиком и полностью на её стороне. То есть потребовать общения с сыном я не смогу, более того, попытаюсь настаивать и меня, возможно, депортируют за какое-нибудь нарушение тайны чего-то там или очередных вновь введённых прав.