Ход Роджера Мургатройда

Тем временем, успокоительно прищелкивая языком, полковник проводил дочь в библиотеку под напряженно наблюдающими глазами своих гостей. Усадив ее в свое кресло, он спросил.

– Может быть, я могу тебе что-нибудь предложить?

– Нет, спасибо, папочка, мне действительно гораздо лучше.

Она обвела комнату медленным взглядом.

– Но… но что тут происходит?

– А, да… ну… – ответил полковник. – Да, тут правда кое-что произошло. Я хочу, чтобы ты очень внимательно выслушала меня, любовь моя. Среди нас присутствует полицейский, старший инспектор или, вернее, старший инспектор в отставке, Трабшо из Скотленд-Ярда.

– Мисс Селина, – сказал Трабшо с благожелательным кивком.

Словно бы нисколько не удивленная его присутствием Селина ответила бледной улыбкой.

– Старший инспектор, – объяснил ее отец, – живет по соседству с нами, неподалеку от дамбы, и весьма любезно согласился приехать сюда – за ним, знаешь ли, съездили доктор Ролф и твой друг Дон, – и, ну, он согласился приехать и посмотреть, как следует поступить в этой… этой ужасной ситуации.

– Я понимаю, – сказала Селина спокойно.

– Так вот он расспрашивал нас всех о том, что нам известно об… об этом убийстве. Совершенно неофициально, ты понимаешь, просто до конца бурана, когда полиция – то есть официальная полиция – доберется сюда. Но мы все по очереди отвечали на его вопросы, и, – закончил он, – если ты все еще не найдешь в себе сил для этого, я уверен, он…

– Нет-нет, – мягко перебила его Селина, – я правда чувствую себя нормально."

"Золотистые кудри накатывались на ее гладкий лоб подобно гребню волны, готовой набежать на девственный пляж, и она даже сотворила подлинную улыбку, милую с ямочками улыбку, которая заставляла вас почти забыть, насколько странно бесчувственными казались ее ясные голубые глаза – глаза, более не затуманенные обильными слезами, которые, без сомнения, недавно пролили.

– Видите ли, – объяснила она, – я не просто отдыхала, я думала. Думала обо всем, что видела и слышала здесь последние двое суток. Не просто о… о смерти Реймонда, но обо всем, что привело к ней. У меня так давно не хватало времени, чтобы подумать самой, подумать о себе, о моих друзьях, о моей семье и даже, – она обняла ясным взглядом всех гостей своих родителей, – даже о друзьях моей семьи.