Хочу тебя напрокат

— Тебе и не нужно о препятствиях думать. Главное, что твои родители были счастливы и в целом мире им хватало того, что есть. Разве это не счастье?

— Ох, не знаю. Возможно, и есть счастье. Но я бы вряд ли смогла довольствоваться тем, что есть сейчас у меня.

Хан не скрывает своего влечения ко мне.

Теперь я точно знаю, что нам вместе может быть очень хорошо: в постели, в общении, во многом, но есть одно «но».

Он женат, и у него есть сын, которого Хан не собирается оставлять без отца.

— Всё или ничего, — хмуро повторяет Хан слова, сказанные накануне.

Я выбираю ничего. Другого варианта нет…

Темирхан

Диана сидит рядом — желанная, взбалмошная, неразгаданная.

Моей стала. Целиком, как давно того и хотел.

От мысли, что я стал её первым мужчиной, в груди разгорается сильнейшее пламя, которое разгорается всё сильнее и сильнее, а в нём всё становится пеплом и золой — намерения, планы, мысли, что не связаны с ней.

Всё кажется трухой и тленом, а она — как смысл всего и даже дышать хочется больше и чаще.

Дочь друга осторожно посматривает в мою сторону и колет каждым взглядом словно тысячами иголочек.

Зачем соврала о том, что больше не девственница?

Я обещал ей особенный первый раз, самый лучший, а в итоге она поступила по-своему и лишила меня такой возможности.

Упрямица.

Как же сильно от неё крышу сносит, чувствую себя пацаном, у которого впервые и сильно мужской интерес проснулся к понравившейся девчонке.

Только мой интерес не мутнеет и не тускнеет.

С годами ничуть не уменьшился, а сейчас разросся до размеров стихийного бедствия и сносит разумные мысли ураганом.

Ещё и это кретинское условие с семью ночами…

Мне целой жизни будет мало, чтобы ей насладиться, а тут всего семь долбаных ночей!"

"С тоской смотрю на тонкий профиль Дианы с пухлыми губами, которые она сейчас соблазнительно покусывает. От волнения?

— Чем ты сейчас занимаешься? — вырывает из мыслей.

— Я…

— Да, ты сильно изменился. Стал большим боссом?

Усаживаюсь поудобнее. Кожаная куртка поскрипывает на широких плечах.

Рассказать ей о том, кем я стал? А тем, кем не стал — её возлюбленным мужем и, возможно, отцом наших детей…

— Да, у меня есть бизнес. Свой.

— Я думала, ты бизнесом брата занялся.

— Занялся, конечно. Но это же бизнес Карима, а не мой. Я там просто управляющий. По доброй памяти о брате и ради его четверых детей.

— И ради его жены, — невзначай добавляет. — Ты и с ней трахаешься?

— Ты соблазнительно говоришь слово «трахаться». Скажи ещё? — прошу.