Хо`шен императора

От известия, что в одночасье станет княжичем, у брата дар речи пропал. Наверное, поэтому, купаясь в священной купели храма и при наложении печатей, призванных избавить от ментального воздействия, даже не поморщился от неприятных ощущений. Хотя, в какой-то момент побелел, будто покойник, и даже потерял сознание.

Пользуясь случаем, Алим и для Саввы Никитича провел похожую процедуру, и Игната не обделил вниманием. Но они, в отличие от Ромки, не испытывали дискомфорта. А это означало только одно – темникам удалось подцепить брата на крючок, причем так, что он этого не заметил.

– Я думал, невозможно измерить глубину ненависти, – проскрежетал Варфоломей, задымившись от гнева. – Но темники доказали, как сильно я ошибался. Ненавижу их всеми фибрами души! Клянусь, что жизни не пожалею и буду бороться с темной отравой, пока дышу!

Глава 12

Уже на рассвете я доставила обратно в карцер Варфоломея, сияющего свежей печатью рода Забелиных и фамильным перстнем ашкеназских князей на пальце.

– До начала тренировки осталось полчаса, ты придешь? – Парень замер в дверях, цепляя пронзительным взглядом. – Обещаю не нагружать сильно, – добавил тут же, пока я не додумалась прикрыться запретом Иноземцева. – Ты много пропустила, придется наверстывать.

– Да, мы с Ольгой будем. – Вздохнула, понимая, что пару часов перед занятиями подремать не удастся.

Не представляю, как бы справлялась, если бы не магия?

В общежитие девчонки уже не спали. Вернее, это Ирина сидела за учебным столом и готовила домашние задания, а взъерошенная после сна Ольга лежала на кровати, созерцая потолок из-под едва приоткрытых ресниц. Ох, ну ничего не меняется!

– Орлова, подъем! – громко хлопнула в ладоши над ухом подруги, отчего та подскочила на месте.

– Да, встала я уже, встала! Не видишь, что ли?

– Не-ет! – покачала головой. – Встала – не значит, проснулась. В душевой уже была? Как, нет? Иди! На тренировку опоздаем, сама будешь лишние пять кругов бегать, стонать и называть Ваньку Иваном Изверговичем.

– А ты, что ли, тоже идешь? – прищурившись, посмотрела на меня одним глазом. Второй, судя по всему, никак не хотел открываться.

– Конечно! Видишь, уже переодеваюсь.