Хищная планета

— Я думаю, она сама справится, — бросил я ему, встал и отошел в сторону.

Раньше Тилбот не позволял себе подобных пошлых шуточек. Мне стало неприятно, стало ясно, что три года не прошли даром и для моего бывшего командора. Он тоже изменился, вот только, увы, не в лучшую сторону. Почему-то лишь теперь я осознал, что ощущал к Тилботу с того момента, как увидел его в кабинете начальника тюрьмы. Гнильцу я почувствовал в ранее принципиальном и порядочном мужике.

— Ставр! — из задумчивости меня вывел голос Клауса.

Я повернулся к нему, наткнувшись на хмурый взгляд бегающих глаз вечного балагура и весельчака. Он бросил настороженный взгляд на командора и, наклонившись ближе, прошептал:

— Ты не чувствуешь, скоро этот лес закончится? Может, там дальше будет что-то… другое?

— А что? Идти тяжело? Зато безопасно, хищников нет.

— Да нет. Понимаешь, — он замялся, — тихо слишком. Уже в ушах звенит! А еще… Клаус смущенно взглянул мне в глаза, — мы с Троем странное стали видеть! Не знаем, мерещится или и правда кто-то за нами следит.

Услышав подобное, я подобрался, опасности я не чувствовал, но ощущение постороннего взгляда тоже преследовало меня со вчерашнего дня, правда, я никого не видел.

— Трой тоже кого-то видел?

— Да, и он.

— Это нужно обсудить! Почему молчали?"

"— Так стыдно! — пожал плечами, присевший рядом на корточки, Трой, и провел правой рукой по ежику черных волос. Татуировка Млечного пути на его бицепсе пришла в движение, отвлекая от мысли.

Я раздраженно передернул плечами и обернулся, ища взглядом девушку.

Ее не было на месте, а по моим ощущениям, времени с момента ее ухода прошло порядочно. Я осторожно двинулся в ту сторону, куда она ушла, медленно обходя ствол и зовя ее по имени. Девушка молчала. И, несмотря на то, что опасности в этом месте я не ощущал, забеспокоился. Все же девяносто три процента интуиции — это не все сто.

Сердце молотом колотилось у меня в груди, и я уже жалел, что позволил дурацкому стеснению руководить моими действиями в этом необычном месте.

Нужно было пойти с ней и постоять поодаль.

— Лирой! — в который раз позвал я ее, уже особо ни на что не рассчитывая.

— Я здесь! — послышался тихий, с хрипотцой голос девушки.

Она сидела на корточках у основания ствола и мелко тряслась, а в ее глазах застыл ужас

— Что случилось? Тебя кто-то обидел? Ты цела? — я присел рядом, лихорадочно шаря глазами по ее телу в поисках повреждений и, к счастью, не находя их.

— Да.