Хирург Коновалов

Я смотрю на добротный деревянный дом. Мы зачем сюда приехали?! Но Вадим уже отпирает дверь, тянет меня за собой.

И, едва за нами закрывается дверь, я понимаю – зачем.

Вадим резко притягивает меня к себе. Большой. Горячий. Голодный. Жадно целует.

У меня нет сил ему сопротивляться. Зачем? Каждый получает свое. Я буду его любить. Он будет заниматься сексом. Сколько я ему там задолжала для профилактики?"

"Вадим стаскивает с меня одежду, не переставая меня целовать. Где-то тут, в доме, наверняка есть кровать, туда меня и тянут.

А душ? Тут есть душ или ванная? А как же твоя любимая гигиена, Вадим?

Мы падаем на кровать. На мне остались только джинсы, водолазку и лифчик Вадим уже смел. На нем тоже сверху уже ничего нет. Так же торопливо избавляет нас от остатков одежды, коленом резким движением раздвигает мои колени.

Быстрый рывок на себя.

Мы по-прежнему идеально подходим друг другу телами. Как там Вадим говорил – у нас схожая половая конституция. А вот в другом мы противоположны.

Никогда бы не подумала, что когда-нибудь случится так, что во мне «выше пояса» и «ниже пояса» вступят в такое противоречие.

Но это только сначала. А потом «ниже пояса» берет верх. Побеждает. Наверное, я очень примитивно устроена. А, может, дело в том, как Вадим меня целует. Как касается. Не говоря ни слова, он говорит. Или я хочу так думать. Я так хочу во что-то верить. За что-то цепляться надеждой. И я цепляюсь за его поцелуи – головокружительно нежные на контрасте с резкими точками внутри. Или мне только кажется эта нежность. Я уже не понимаю, что мне кажется, что я придумала, а что происходит на самом деле.

Шумный и горячий финал Вадима все расставляет по своим местам. Снимая покровы. Обнажая очевидное.

У каждого своя правда. Каждый любит свое. Я – Вадима. Он – секс со мной. И только что очень ярко это продемонстрировал. У нас такой разговор, да? Каждый о своем?

Ладно. Я молчать тоже не буду. И правила я тоже умею соблюдать.

Едва Вадим откатывается в сторону, я подскакиваю с кровати. Где дверь, с какой стороны?!

Угадываю.

Вылетаю на крыльцо и ору во всю силу легких.

– Я тебя люблю, Вадим!

Он показывается на крыльце практически следом за мной, сгребает в свои руки. Тянет назад.

– Ты чего творишь, идиотка?! Ноябрь на дворе, холодно! Соседей перепугаешь!

Когда я приходила работать в эту клинику, я даже предполагать не могла, куда это меня приведет. Я стою голая на крыльце и ору.

– Не буду молчать! – я толкаю Вадима в грудь. – Раз в доме нельзя говорить, слушай тут.