Хеппи-энд для Дездемоны

Вдруг стукнула дверь, Ермакова в ужасе подскочила - ей показалось, что представители налоговой вернулись. Но в комнату влетел мужчина. Бешено вращая глазами, он бросился на Нику, отвесил ей пару затрещин и завизжал:"

"– Сука! Где шляешься? Опять по любовникам таскаешься?

Ирина Сергеевна замерла. Главбух и Алиса Турганова затряслись, а нежданный гость поволок всхлипывающую Нику к выходу.

На следующее утро Терешкина попросила Ермакову:

– Не рассказывай никому о вчерашнем инциденте.

Завуч прикинулась идиоткой.

– О визите налоговой уже всем известно.

Ника кивнула.

– Спасибо за деликатность. Больше муж сюда не сунется.

– Ты говорила, что Василий - абсолютный пофигист, - заметила Ермакова, - но вчерашний его приход свидетельствует о взрывном темпераменте.

Терешкина мрачно кивнула.

– Все правильно, я не лгала. Ярцеву глубоко плевать на внешние раздражители, его не потревожит даже атомная война.

– Плохо верится в это, - усомнилась завуч, - я видела, как он бесился.

– У мужа пару лет назад случился инсульт, - пояснила Ника, - теперь он пожизненно должен принимать таблетки, целый набор.

– Почему ты позволяешь ему руки распускать? - возмутилась Ермакова.

Ника мрачно улыбнулась.

– Не в моих интересах сейчас развод затевать. И потом, подобный инцидент всего-то два раза и случился. Правда, в тех случаях муж просто матерился и топал ногами, кулаки он впервые в ход пустил. Но сейчас он уже шелковый.

Рассказав о том эпизоде, Ирина Сергеевна пояснила мне:

– Поэтому, когда я увидела изуродованное тело, сразу поняла: Ярцев разум потерял. И поведала милиционерам про тот случай в учительской. Но сейчас… сейчас я сомневаюсь.

– В чем? - живо спросила я.

Ирина Сергеевна схватила меня за руку.

– Арина! Вернее, Виола! Извините, не знаю вашего отчества…

– У Арины его нет, - мягко ответила я, - а Виола предпочитает отзываться на имя. До сего момента мы великолепно обходились без церемоний, и вы даже перешли спонтанно на «ты». Или мне показалось?

– Виола, у тебя много связей! Помоги!

– Что случилось?

– Меня хотят убить, - затравленно прошептала Ирина Сергеевна, оглядываясь на окно.