Хеппи-энд для Дездемоны

Ваще, блин!

– Что за выражение? - машинально сделала замечание Ирина Сергеевна.

– Ты мне тут училку-то не включай! - пнула ее Ника. - Вот окажешься в милиции, там про Пушкина и расскажешь.

Ермакова чуть не лишилась чувств.

– Нас арестуют?

Ника внезапно обняла коллегу.

– Извини, я перенервничала. Ну вот каким образом он меня вычислил? Ладно, нас бьют, а мы крепчаем. Мне надо исчезнуть.

– Как?

– Совсем! - пожала плечами психолог. - Типа умереть. Тогда Георгий Константинович отвяжется. Главное, грамотно выйти из игры.

– Зачем так сложно? - удивилась Ирина. - Можно просто.

– Как? - уставилась на нее Ника.

– Ну… уехать.

– Куда?

– К морю, в домик.

– Идиотка! - вновь заорала Терешкина. - Ну, блин, дура махровая! Искать же начнут. И ведь отроют, от них на Луне не спрячешься.

– Если ты оставишь мужу и дочери записку, в которой подробно укажешь причину ухода, то шум не поднимется, - менторски заявила Ирина.

Пару секунд Ника сидела, не моргая, потом расхохоталась.

– Ой, кретинка! Знаешь, я ведь в последнее время, глядя на тебя, сомневаться начала. Ну не может человек таким идиотом быть, небось прикидывается! Теперь вижу: вполне даже способен.

– Ты меня оскорбляешь! - вскинула голову Ермакова и собралась подняться из-за столика. - Прощай, Ника!

Глава 24

Терешкина мрачно усмехнулась.

– Стой! Ты ничего не поняла!

– Не хочу иметь дело с хамкой, - заявила завуч.

– Ты не поняла! - повторила Ника.

– Что? - притормозила Ирина.

– Мы не одни в деле.

– О чем ты говоришь? - отшатнулась Ермакова.

– Считаешь, что бизнес мы вдвоем ворочаем? Ты людей уламываешь, а я все остальное?

– Ну да.

– Конечно, нет! Цепочка длинная.

– И сколько нас? - ахнула Ирина Сергеевна, только сейчас сообразив: Ника втравила ее в страшное дело.

– Не знаю, - прошептала Терешкина. - Я думала, ты догадываешься, что подобные дела вдвоем не провернуть. Все, умирать мне надо. Понарошку, конечно. Тогда все утешатся.

– А я? Как же я? Я-то как? - попугаем задолдонила Ирина.

– О тебе никто из паханов не знает, - прошептала Ника. - Полагают, я одна работаю. Мне деньги платят, я тебе часть отстегиваю.

Ермакова затрясла головой. На миг у нее зародилось нехорошее подозрение: Терешкина эксплуатировала ее, сама гребла деньги лопатой, а ей отсыпала малость, зато отрабатывать «гонорар» заставляла по полной! Но сейчас не время для выяснения отношений.

– Слушай меня внимательно, - приказала Ника. - Сделаем так. Я уеду в отпуск.