Хениц. Книга I (СИ)

Отступивший в сторону жандарм слегка побледнел, но всё же нашёл в себе силы уточнить.

— Сакрит? Откуда он здесь? И как вообще… Подожди, ты хочешь сказать, что угрожал представителю Хёница?

Вот теперь Кравнец слегка нахмурился.

— Да какой он представитель? Непонятная рицерова штука розового цвета, что сразу попыталась меня спеленать, а потом ещё и оскорбила мой род. Правда фамилии он не назвал и вообще не знал, кто я такой. Поэтому извинения я принял.

Фост нервно рассмеялся.

— У меня вот был голем. Каменная громадина такая.

Что-то мне подсказывало, формат встречи у всех будущих демоноборцев прошёл похожим образом. Убить во время официальной процедуры, никого из нас не пытались, но вот на мозги изрядно надавили.

Я отступил от поднимающейся на ноги Синры и задал ещё один вопрос.

— Вас получается в одном месте выбросило? Кто-то встречал?

Жандарм глянул на кудрявого аристократа и криво усмехнулся.

— Выкинуло в одном коридоре, относительно рядом.

При этом он бросил ещё один выразительный взгляд на Кравнеца. Ну да, крови на одежде аристократа, пожалуй изрядно прибавилось.

Уже поднявшаяся на ноги Пайот, отряхнула свою куртку и нахмурившись разглядывала безмятежного Лотта, что крутил в руках свою бритву.

— Это же был сакрит! Ты мог узнать столько нового, а вместо этого банально запугал его. Как так можно?

Судя по его выражению лица, Фост точно был в курсе о чём идёт речь.

Я собирался уточнить о чём именно идёт речь, когда сбоку подлетел Консер.

— Очнулась? Отлично. Тогда отменяю целителей. Раз все на ногах, можете пойти к общежитию. На этот раз без сюрпризов, просто шагайте по синим стрелкам.

Он даже направление указал — махнул рукой в сторону широкого коридора, около которого стоял служащий Хёница.

Я машинально оглянулся в сторону узких проходов, откуда пока ещё никто не показался. Потом посмотрел на преподавателя.

— Не знаю, как остальные, но я подожду Довано.

Фост сразу же согласно кивнул.

— Я тоже её дождусь.

Кравнец молча кивнул, выражая согласие, а Пайотт никак не отреагировала, продолжая хмуро пялиться на аристократа.

— Похвальная лояльность.