Хелл. Приключения наемницы

Любовь — наслаждение, иначе зачем этим заниматься?

Хелл удивленно моргнула:

— Тогда какого черта вы все это затеяли?

— Ну, мне сложно сказать, ты не лишена привлекательности, и потом, этот твой поход в купальню, когда я приказал ждать меня в саду, все выглядело как приглашение.

От подобного заявления наемница даже попыталась встать, но енирец удержал, и пришлось выражать свое возмущение словесно:

— Вы приказали ждать вас в саду, а я пошла в купальню? — Хелл села и начала складывать кусочки мозаики.

У нее была информация от имирхади и от единственной женщины, которая очень была добра к ней.

Слишком добра. У Агинары имелась дочь. Дочь, которую та не хотела выдавать замуж, хотя имирхади не выглядел как человек, который отдаст свою кровь в плохие руки.

— А когда я пришел, — чуть изменившимся голосом прошептал повелитель Енира, — и увидел тебя, такую юную и прекрасную, такую трогательную в своем желании прикрыться, я не удержался. А уж как ты стонешь, Хелли, так можно с ума свести и самого выдержанного мужчину.

— Разве я не дала четко понять, что не желаю становиться одной из ваших наложниц? — удивленно спросила наемница.

— Это выглядело скорее как игра. — Енирец говорил правду, видимо, он слишком привык к тому, что его всеми силами пытаются соблазнить, даже мнимыми отказами. — То, что ты действительно против, я понял, когда ты потеряла сознание. Ну не засыпали еще в моей постели, а думать, что старость пришла, не хотелось.

Таки самомнение его задето, и оно у него огромных размеров. Хелл рассмеялась.

"

"— Я бы о многом хотела поговорить с вами, но задам основной вопрос: к девочкам дар переходит?

— Нет. — Имирхади ответил не задумываясь, и Хелл поняла, что данный вариант просто не рассматривался. — Точнее, прецеденты были… но лишь несколько раз.

Торжествующая ухмылка, и наемница, довольная собой и своей логикой, произнесла:

— А я знаю разгадку! Ваша наследница, это ваша дочь от Агинары, — уверенно проговорила Хелл и, заметив протестующее выражение его лица, тут же продолжила: — Агинаре сколько? А выглядит лучше иных семнадцатилетних, я наше летоисчисление имею в виду.

Ее дочь наверняка года четыре как вступила в репродуктивный возраст, я слышала от Джая, что у тех, кто обладает подобными силами, после наступления менструации они и проявляются. — Она на мгновение задумалась, затем продолжила: — Не могу понять только одного — почему так важно было скрывать это?

— Она боялась смерти, — ответил имирхади и потрясенно уставился в пространство.