Хелл. Обещанная усем любоффф

Он предал вас, и вы не в силах простить измену, не так ли?

Улыбка исчезла с ее лица, теперь она сидела, закусив губу настолько сильно, что на белоснежную скатерть упала капелька крови.

— Вы не могли прочитать мои мысли, — глухо произнесла Хелл, — значит знали! Ханиан видел только мою истерику в пустыне, но он не обладает силой чтения мыслей. Знали только Ксиай и Стилет! Стилет в курсе, что вы мозгоправ, значит, при вас думать о подобном бы не стал! Так откуда?

— Мне нравится ход ваших мыслей! Но кое-что вы упустили… я мог просто догадаться! — попытался Сиан отвлечь ее от ненужных ему мыслей.

— Значит Ксиай! — она села ровнее, грустно усмехнулась. — Хотя маловероятно, но спрошу у него, он лгать в открытую не станет. Ладно, поговорим откровенно. Да, был любимый, да больно! Дальше? Астарх, чего вы добиваетесь?

— Ничего, Хелл…

Она смотрела на него с такой ненавистью… Так хотелось сказать правду, но тогда в ее взгляде появится еще и отвращение…

— Знаете, Астарх, а может и вправду лучше высказаться, — она подалась вперед, ее глаза наполнились слезами, — Да мне больно! Если бы он предупредил, если бы сказал, что так нужно, мне было бы проще! Если бы я не видела их там, вдвоем… мне было бы проще! Если бы он был честен со мной — мне было бы проще! А так больно! Словно об меня ноги вытерли!

Даже не так… словно он сделал это специально! Только я не понимаю к чему все эти слова? К чему эта ложь? Зачем все это? — она закрыла глаза, и Сиан с болью проследил, как из-под темных ресничек стекают две слезинки.

— Ты все знала? — вот теперь деймас был поражен.

— Я догадалась на следующее утро. Сначала злилась, потом поняла, что так даже лучше. Кто он и кто я… Между нами такая пропасть… а мост через пропасть рано или поздно обрушиться.

— Нет! — искренне ответил деймас.

Хелл улыбнулась:"

"— Да. — Затем задумалась, внимательно разглядывая демона. Все такой же безумно красивый, но нет той ироничной насмешки, которая так отличает демонов… Хотя у Ханиана ее тоже нет, но его братик… Его братик так бы себя не вел!

— Как странно, — медленно проговорила наемница, — еще утром у меня были от вас другие ощущения.