Хелл. Обещанная усем любоффф

— Знаешь, наемник, — Ханг изогнулся, и теперь удерживая оружие хвостом, пытался управлять им лапами, — сдается мне не ты один, так думаешь!

И вдруг в разговор вступил кораблик, не выдержав обсуждения своей госпожи:

— Деймас не отпустит ее… они никогда не отпускают… — голос Северного Сияния был полон грусти.

— Не понял? — удивился наемник, — ты решил с нами поболтать, тебе видать скучно?

— Скучно? С вами? Наемники с тех пор как я с вами скучно не бывает. Но на счет деймасов я сказал правду.

— На счет Хелли я тоже, — парировал Стилет, — я слишком хорошо ее знаю, она меня тоже.

— Итог все равно предсказуем — она вернется на Рай и ко мне.

— Тут я согласен с тобой, Стилет, — Ханг изогнувшись, подпрыгнул и приземлился уже на все четыре когтистые лапы, — пойду этого откачивать, ордэрцы чтоб им… я в глотку!

Стилет шутку оценил и тоже заржал до неприличия. Кораблик не понял:

— Почему вам смешно?

— Потому что Ханг он арсигай, пусть и мутировавший, с измененными генами и мозгами, но арсигай, — отсмеявшись ответил Стилет, — а у нас любимое ругательство «Арсигай тебе в глотку», вот и Ханг перенял наш стиль общения.

Ханг, слушающий объяснения друга, тоже заржал:

— Эх, Стилет, не видал ты, как наемники рты себе затыкают, когда мы с отрядом мимо проходим. Это звучит так «Да я имел твою мать во всех позах, да ар… Силы и удачи, Ханг…», а когда отходим подальше, они обычно продолжают «Ханга тебе в горло, ранином обдолбанный!»

Стилет сполз с кресла, сотрясая от хохота кабину пилота, в отличие от Ханга он знал гораздо больше выражений, с его участием, но посвящать друга не стал.

На чудесном берегу океана они провели весь день, к ночи не размыкая объятий, Сиан вернул их в свой дом. Потом кормил ее ужином, потому что даже тренированная Хелл после такого марафона ощущала только одно желание — спать. Она так и уснула на его руках, завернутая в банное полотенце после ванной, едва дожевав кусочек чего-то вкусного.

Сейчас, когда он смотрел на нее такую нежную и беззащитную, нежность, казалось, наполнила все его сознание. Арсианар чувствовал желание защищать ее, оберегать от всего и снова ощущал желание…

С моими аппетитами, саити, тебе будет тяжело.