Хелл. Обещанная усем любоффф

Камень засиял ярче, раскидывая лучи света и проследив за лучами, Хелл вздрогнула от ужаса — повсюду светились зеленоватые глаза, где больше, где меньше, глаза хищников. Прислушавшись, она различила и хруст, и чавканье — степь жила своей ночной жизнью, и, похоже, эти твари лишь к костру боялись приблизиться. Или к странным зеленым огонькам, которые словно опоясывали их лагерь? А варвары не так просты, как кажется!

Хелл тяжело вздохнула, сняла ментальный блок и мысленно ответила: ""Не хочу!""

Он отреагировал мгновенно, подтолкнув ее по направлению к костру.

""Давай поговорим, — не выдержала девушка, — имя у тебя хоть есть?""

Он улыбнулся, в темноте его глаза чуть светились голубым светом, затем отрицательно покачал головой и подтолкнул ее к костру уже более настойчиво.

По сравнению с наемницей варвар был великаном, даже выше Беса, потому что Хелл ему едва до плеча доставала, и это почему-то разозлило:

— Да пошел ты! — вслух произнесла Хелл, вновь выстраивая ментальный блок, — бабой твоей я все равно не буду, для детей себе другую дуру ищи! Или сбегу, или тебя убью!

Варвар тяжело вздохнул, подхватил ее на руки, отнес к костру, снова посадил на шкуру.

Ее отказ от ужина варвар воспринял спокойно, сел со своими, весело переговариваясь, они поели. Затем один остался сидеть у костра, а остальные начали укладываться. На наемников никто и не смотрел. Хелл увидела, как один из них рисует символ побега и отрицательно покачала головой:

— В степь ночью лучше не соваться, — на межмирном громко произнесла она, — там тварей полно, и шагу от лагеря ступить не получится.

Наемники сникли, ее знали слишком хорошо, чтобы не верить. Деймас подошел к ней, лег рядом, с силой уложил Хелл на бок, прижался к ее спине и вскоре уснул. Сказать, что она не сопротивлялась столь наглому обращению, это ничего не сказать, но рядом с ним она чувствовала себя маленьким ребенком, ручки которого просто сжали, игнорируя сопротивление.

Утром ее укутали, посадили на ящера и повезли. Чувствуя себя фарфоровой куклой, Хелл и не сопротивлялась, так и балансируя на гране дремы. Варвар посадил ее к себе лицом, обнял одной рукой и дрема превратилась в сладкий сон, под мерное покачивание ящерки.