Халхин-Гол. Граница на крови

— Похвально, Райдон. Я отмечу это в своем докладе генералу. Уверен, вас ждут награды.

Майор и капитан приободрились. Теперь и они чувствовали себя героями. Их страх и стремление выжить любой ценой остались где-то далеко, у тех проклятых сопок.

Полковник же продолжил:

— Перед вашим приходом я получил шифрограмму. В штабе армии планируют срочное переформирование батальона. Вместо отрядов у нас теперь будут роты, две ударные, четыре штурмовые. Мы получим танки, броневики, артиллерийскую батарею. Вы, господа, возглавите ударные роты.

Куроки и Одзава вновь переглянулись. Они не верили своим ушам. Строгий командир батальона не только разрешил им заглянуть в заведение с девицами, посещение которого офицерами, мягко говоря, не приветствовалось, но и сам предложил это сделать.

Полковник улыбнулся и спросил:

— Не ожидали?

Куроки и Одзава лишь кивнули в ответ.

— От своих слов не отказываюсь, но решать вам. Я бы отправился в город. Девочки там совсем неплохие, да и берут за услуги недорого.

Майор козырнул и заявил:

— Слушаюсь, господин полковник!

— Ну что «слушаюсь», Райдон? Я же не приказываю, а всего лишь советую.

— Для меня любое ваше слово — приказ.

— Поэтому-то ты и возглавишь первую ударную роту, с перспективой в скором будущем повышения до начальника штаба батальона, так как подполковника Накамуро намечают на эту же должность в бригаде.

— Это высокая должность.

— Каждый офицер должен стремиться сделать карьеру. Иначе зачем служить? Я не прав?

Майор и капитан одновременно ответили:

— Правы, господин полковник.

— Еще раз благодарю за службу. Формированием рот займетесь сразу по получении приказа. По моим данным, он уже подписан. А пока вы свободны!

Офицеры козырнули и вышли из штаба.

На площадке, где обычно строились офицеры, Куроки взглянул на Одзаву и спросил:

— Ты что-нибудь понял, Эндо?

— Так точно, господин майор! В скором будущем мы получим по роте, а я — еще и звание майора.