Халхин-Гол. Граница на крови

Расчет открыл слепой огонь по высотам и позициям противника, устроенным перед ними. Монгольские пограничники укрылись в окопах.

Через пять минут Куроки выпустил в небо вторую красную ракету.

Массированный обстрел сопок заставы не стал неожиданностью ни для начальника капитана Гандорига, ни для его заместителя, находившегося у позиции расчетов ручных пулеметов. Так и должно было быть. Без огневого прикрытия идти на штурм — это настоящее самоубийство.

А вот Шагаев беспокоился.

Гандориг заметил это и спросил:

— Что на этот раз, Алтан?

— В смысле?.

— Чего сейчас хмуришься? Все гибель летчиков забыть не можешь?

— Об этом я никогда не забуду, но сейчас дело в другом. С какой стати японцы принялись вслепую расстреливать боекомплект станкового пулемета?

— Он должен заставить наших бойцов укрыться.

— Вот! А если японцы сейчас пойдут на штурм?

— Но не будет же пулемет бить по тем местам, куда выйдут японцы. В момент штурма расчет должен будет прекратить стрельбу.

— Необязательно.

— А наши пулеметы?

Шагаев посмотрел на Гандорига и спросил:

— Амгалон, ты что, действительно не понимаешь, что японцы не дадут пулеметчикам высунуть головы? Или проверяешь меня? Станковый пулемет будет вести огонь даже в непосредственной близости к своим группам, прекратит его, как только японцы подойдут к позициям на расстояние броска гранаты. Тогда они уничтожат наши пулеметные расчеты и подойдут по мертвой зоне, по склону к вершине и опять-таки применят гранаты.

— Возможно, ты и прав. Что предлагаешь?

— Перед тем как дать тебе совет, я должен знать, где сейчас находятся бронеавтомобили.

— Идем к связисту.

Офицеры прошли к сержанту Карандану, и Гандориг приказал вызвать отряд.

— Слушаю, капитан! — ответил подполковник Гэлдэр.

— Докладываю. Японцы открыли огонь по нашим сопкам из станкового пулемета.

— Как они выставили его на глазах у наряда? Почему вы позволили им это сделать?

— Мы не имеем права обстреливать чужую территорию.

"— Ты слишком хорошо знаешь устав, Амгалон. Это похвально, но я отдам тебя под трибунал, если и сегодня японцам удастся нанести твоей заставе существенный урон. Это все?

— Нет, есть вопрос у советника.

— Передай трубку.

— Здравия желаю, товарищ подполковник! — приветствовал старший лейтенант Шагаев начальника пограничного отряда.

— Здравствуй, старший лейтенант.