Халхин-Гол. Граница на крови

Нам надо вынудить советское командование перебросить части и подразделения корпуса к границе, которую мы не признаем. Наши действия заставят русских сделать это. Опять-таки по информации разведуправления армии, они уже начали подготовку к переброске сил и средств к реке Халхин-Гол, разрабатывают планы действий. Так что ваша задача остается прежней — наносить удары по заставам. Тебе приказано еще раз напасть на заставу Холар. Ты основательно потрепал ее. Сейчас туда наверняка поступает пополнение, завозятся боеприпасы.

— Да, господин подполковник.

— Вопросы?

— По соседней заставе работать?

— Нет. Тебе надо решать ту задачу, которую я обозначил.

— Слушаюсь, господин подполковник!

Макото Накамуро поднялся и сказал:

— Я уезжаю. — Он пошел из палатки, но остановился на выходе, обернулся и спросил: — А этот рядовой не брат лейтенанта Гуты, моего помощника?

— Он самый.

— Понятно. Я сообщу ему о гибели солдата и месте его захоронения.

— Мне очень жаль, что так получилось, но рядовой Гута входил в состав группы метателей гранат.

— Война, майор!

— Так точно, господин подполковник!

— Не провожай. Отдыхай.

Начальник штаба уехал.

В штабную палатку тихо зашел санинструктор.

— Разрешите на минутку, господин майор?

— Если ты хочешь знать реакцию начальника штаба на гибель Гуты, то он воспринял ее спокойно, без эмоций, как истинный самурай.

— Я все понял. Разрешите идти?

— Иди! — сказал майор и вызвал к себе командиров групп.

Автомобиль ГАЗ-АА называли полуторкой не просто так. Он мог перевозить полторы тонны груза или шестнадцать пассажиров, не считая старшего в кабине. Именно такая машина прибыла из Номана сразу после обеда и встала у штабной палатки.

Капитан Гандориг подошел к ней и узнал старшего машины лейтенанта Салбиуна, служившего в штабе отряда.

Офицеры поприветствовали друг друга, потом начальник заставы спросил:

— Голоден? А то у нас недавно прошел обед, осталось немного.

— Нет. Благодарю, товарищ капитан. Мне приказано забрать трупы и возвращаться в отряд.

— Тела лежат за санитарной палаткой. Вон она.

— Людей дадите?

— Конечно. — Гандориг вызвал к себе старшину заставы.