Катастрофа для Темного лорда

Но зато платье на ней сидело как влитое! Подчеркивало грудь и тонкую талию, красиво струилось по бедрам. А при каждом движении на гладком шелке разгорались серебряные искры.

— Переоденься, — первое, что сказал Гектор, когда увидел ее. — Он не выпустит тебя.

— Ты прекрасна, госпожа, — просиял Лиар. — Я прослежу, чтобы Демеос не коснулся и края твоих рукавов.

— Гектор, тебе нужно стать псом, — тихо сказала Аленка. — Вариант с доспехами может и не прокатить.

— К тому же ты уже засветился, — хохотнул Лиар.

Гектор сложил руки на груди и едко осведомился:

— И как же ты планируешь меня особачить?

— Тебя уже Демеос особачил, — хохотнул демон. — А мы теперь последствия разгребаем!

Прикусив губу, Аленка решила воспользоваться проверенным методом — поцеловать темного мага.

«Только, раньше он меня целовал, я пугалась, и он становился псом. А теперь надо наоборот, — напряженно размышляла она и подкрадывалась к Гектору все ближе и ближе. — А если я целую его сама, то как же мне испугаться?».

Подобравшись совсем близко, Аленка приподнялась на цыпочки и быстро поцеловала-клюнула Темного лорда.

Гектор неверяще посмотрел на нее и с ехидцей уточнил:

— И это, по-твоему, поцелуй?

Шагнув вперед, он подхватил ее под попку и крепко прижал к себе:

— Я оставлю на тебе столько своих меток, что ты будешь вынуждена надеть то скучное монашеское платье.

Под возмущенный окрик Лиара, Гектор Клетос страстно и крепко поцеловал Аленку. И она, совершенно забыв, что ей положено испугаться и особачить Темного лорда, с пылом ответила.

— Тяф-тяф-тяф!

«Не оставит», — облегченно подумала Аленка и подхватила сердитого Гектора на руки.

— Ну что, грузимся в карету? — спросила она у погрустневшего демона.

— А меня ни разу не поцеловала,—  цокнул Лиар.

Сказать Аленке было нечего, поэтому она просто пошла к выходу из особняка.

— По какому праву ты взял мои сабли?!

— Ну, ты-то их не удержишь, у тебя ла-а-апки, — ехидно протянул демон и глухо охнул, когда карета тронулась.

Глава 31

Родовой замок Темного лорда находился на уединенном и малоприступном мысе.  Расположенный на самом краю отвесных скал, обрывающихся прямо в бушующие волны моря, он пугал и завораживал своим величием.