Карлссон, который живет на крыше (Пер. Л. Брауде и Н. Белякова)

Малыш решил, что дядя просто не похож на себя.

— И все же я рад, все же я благодарен этой ночи, — заявил наконец дядя Юлиус. — Она сделала меня новым человеком.

— Вот и отлично! Старого-то в самом деле нужно было заменить, — снова раздался странный голос ниоткуда, заставивший фрёкен Бокк опять подпрыгнуть и подозрительно посмотреть на Малыша.

— Это, видно, опять радио у Линдбергов, — пробормотал Малыш, — наверно, теперь передача про старые машины.

Дядя Юлиус ничего не заметил. Он так углубился в свои мысли, что ничего не слышал и не видел.

— Между небом и землей есть нечто большее, чем то, о чем мы знаем, — серьезным тоном произнес он, — это я понял нынче ночью.

С этими словами он протянул руку и взял еще одну булочку. Тут пухленькая ручка высунулась снова и схватила эту булочку. А дядя Юлиус опять этого не заметил и снова принялся размышлять, пока не сунул палец в рот и не укусил его хорошенько. Только тогда он оглянулся и заметил, что булочки у него в руке нет и откусить нечего. Он опять недовольно хмыкнул, но, очевидно, новый дядя Юлиус был добрее прежнего, потому что он почти сразу успокоился. Он даже не попытался в третий раз взять булочку и продолжал пить кофе в глубокой задумчивости.

А булочки тем временем исчезали со стола. Они исчезали из хлебной корзинки одна за другой, и один только Малыш замечал, куда они девались. Он тихонечко хихикал и осторожно совал под стол стакан с молоком, чтобы Карлссон не ел всухомятку, а запивал бы булочки. Это Карлссон называл «ретировать булочками»! Фрёкен Бокк испытала это на себе еще когда жила у Свантессонов в первый раз.

— Можно колоссально ретировать людей, поедая их булочки, — сказал Карлссон.

Вообще-то он знал, что нужно говорить «третировать», но утверждал, что «ретировать» звучит более зловеще.

И теперь Карлссон решил снова «зловеще ретировать» фрёкен Бокк, хотя она этого не поняла. А дядя Юлиус и вовсе об этом не догадался. Он не заметил, что его «ретируют» булочками, несмотря на все «зловещее» поведение Карлссона, а продолжал размышлять. Но внезапно он крепко схватил руку фрёкен Бокк, словно прося ее помощи.